Метафизмы

Понимание и смысл – наивысочайшие аспекты реальности, которые субъективное интеллектуальное существо может воспринимать и идентифицировать как таковые (распознать, узнать),  непосредственно и однозначно!

Признаком высочайшего уровня самоорганизации Универсума является то, что интеллектуальные существа могут напрямую обмениваться смыслами с помощью передачи мыслительных структур. Без языка, речи, письменности и т.п.

.

«Гениальность  – не догма». Но многие не озадачиваются даже и талант развивать. И превращаются в «вымученных» интернет-сочинителей. И вообще, принцип незадачливых теоретиков в интернете: что и «талант не догма» :) ..

.

Смысл — самообращенная целесообразность мысли.

.

Сознание является решением вопроса о том, что сознание – это разумение того, что «само собой разумеется».

.

Значение слогана «приказ есть приказ».

Для толкования есть исходная автологичная форма (‘’приказ всех приказов’’):

Приказ: «соблюдать все приказы неукоснительно».

т.е. «приказ есть приказ» следует из приказа всех приказов .

.

(У Гегеля в Науке Логики:)

При синтезе противоположностей в самом начале идея, от тщетности попыток, никак не может себя обрести.

.

Ум — технология организации, упорядочивания и переработки знаний, подтвержденная умениями. Упорядочиваться и перерабатываться, что примечательно, могут знания и умения самой этой технологии.

.

Гений, продвинутый в творческом отношении — «ученик самого себя»; он продвинутый ум.

.

Всякое знание или мудрость, чтобы стать однозначной в научном плане, должно подвергнуться мета-теоретической обработке и формализации. В том числе и философское, претендующее на научность.

«Наука Логики» (Гегель) не в достаточной мере однозначна, потому что не формализована.

.

Философия Хайдеггера: «Перенедомыслие»

Философия Гуссерля: «Перенедосказанность».

.

Сомнение — как представление о недостоверности сомнения. (Самоприменимость.)

.

Интерпретация выражения «Жизнь есть жизнь» как «глубокомысленности».

Жизнь – это прерогатива жизни, т.е. прерогатива восторженной устремленности духовного совершенствования, подчиненная власти неизбежности, такой как жизнь.

.

Философы, «избегая удивления», прибегают к абстракции-иносказанию, пытаясь выйти на более высокий уровень. Выбор этой абстракции-иносказания произволен и субъективен. Получаются «околопредметные» (квази-правдоподобные) рассуждения.

.

Что такое «отражение». Происходит от слова «разить». Например, «поражает воображение», «поразил своим видом». Следовательно, отразить – избежать разящего действия.
Теперь возьмем зеркало. Здесь «отразить» используется в другом смысле или в переносном по отношению к исходному, где представление о разящем действии элиминировалось. Т.е. отражение понимается формально.

Тогда, в философском смысле, «отразить» — избежать удивления?

Таким образом, если мы говорим об изображении в зеркале как отражении, то наиболее корректно в суждениях философского и научного плана использовать слово «отображение».

.

.

Бытие как «денежье».

(Бытие достовернее небытия; небытие беспредметно и недостоверно.)


Если полагать бытие как денежье, то небытие – безденежье.

Изначально, например, для ребенка, денежье – это ничто (поскольку он, условно говоря, полностью духовен). Со временем в его глазах денежье приобретает предметность, поскольку через него «формируются занимательные игры и забавы». (Денежье оказывается достоверностью). Ребенок начинает понимать, что денежье обменивается на забавы и вообще на всё на свете. Но этот обмен, его сущность, обладает особенностью, из-за которой ребенок полагает, что можно купить «деньги за деньги» — абстрактные за конкретные (наростить денежье за счет безденежья). Т.е.  абстрактное фактическое безденежье можно превратить в конкретные бумажки (например, купить на них с превышением вложенной суммы). Так и некоторые философы, полагая, что есть невыразимое бытие, через его предметность (которое обобщает все сущее) пытаются сделать предметным беспредметное небытие, ничто.



Истина — это процесс или понятие? На мой взгляд, процесс самоподтверждения; иначе никогда бы не удалось ей достичь полной безусловности.



Творчество, свойственное Универсуму, не есть творчество чего-либо — это творчество самого себя.



«Божественное» — таковое не столько потому, что субстанция, абсолют или универсум обладает метафизическим разумным началом, а потому, что неразумное способно породить разумное.



Бор инициировал процесс построения беспредметной физики: квант — это не физический объект или процесс как таковой, а способ отображения или описания характера взаимодействия реальных объектов.



Можно полагать, что гармония – полное соответствие идеи и её воплощения.

Если золотое сечение – воплощение гармонии, то в чём состоит её нематематическая идея?

Если такой идеи нет, эта гармония формальная.


Сущее отвечает (связано с ответом) на вопрос «что?» (нечто);
Живое отвечает (связано с ответом) на ворос «кто?» (некто);

Бытие отвечает (связано с ответом) на вопрос?… («некое», нечто)  – т.е. «некое» — это не сущее, и не живое (абстракция, не имеющая отологического статуса, а только гносеологический).

Философское мышление порождает гносеололгические абстракции;
(Мета-физическое мышление – не порождает, а опознает «онтологические» абстракции.)


Философия Гегеля – порождения абстракций гносеологического порядка, не очень адекватных действительности.

Для поговорки «приказ есть приказ» есть исходная автологичная форма (‘’приказ всех приказов’’):

Приказ: «соблюдать все приказы неукоснительно».

т.е. «приказ есть приказ» следует из приказа всех приказов выше.


Рубрика: Без рубрики, Метатеоретическая физика | 3 Комментария

Сущность «само» как реальность мета-сферы физического мира.

Сущность «само» как реальность мета-сферы физического мира. (О первичной самоорганизации Универсума. Метатеоретическая оценка креативности).

После того, как удалось рассмотреть конструкцию логической формы само, есть возможность представить характер прогрессивной, т.е. восходящей самоорганизации в среде, которая подчиняется принципу причинности. .

Само, это самоопределяемая задающая логическая структура

Само самоорганизации как самоопределяемый нумен (о нем ниже) предлагается представить теоретически – с точки зрения его внутренней логики, определенной в понятиях причинно-следственного детерминизма. А также отразить «сверхрациональную» нетривиальную логику и генетическую мощь логики «само» при реализации в виде метода самоорганизации. Правомерно исходить из представления, что «само» самоорганизации как глобальной парадигмы есть самоопределившийся «предприимчивый» принцип, возникший как всему предшествующий, предполагающий, что до него ничего не существовало как упорядующего и организующего; как и наличного бытия или оформленного содержания. Оно является «самозатравочным» и тем принципом самоорганизации, на чем и за счет чего всё должно образовываться.  В том числе – само «само», как и принцип самоорганизации, являются относящимися к этому «всё». Это ‘самовключение’ «само» должно определять деятельную природу самоорганизации. Иными словами, определенным образом его возникновение должно «согласовываться им самим» по отношению к себе самоорганизующемуся – быть самосогласованным, то есть «само» должно быть и  самоорганизующим, и самоорганизованным (по сути самопроизводным). Само также выражает принцип ‘самозацеления’ – консолидации в целое, генезис целого.

.

Самовоспроизводимость – внутреннее основание самостоятельного целого

Разберемся с самоорганизацией и само более подробно. Самоорганизация, что очевидно, должна быть созидающей и самодействующей. Из этого следует, что её метод само как определённый и предметный – не безлик, он несет в себе, условно говоря, форму и содержание. Помимо этого, поскольку в силу самоопределения и самопричинения, образуется неразрушимый изнутри замкнутый круг причин и следствий, то за самим по себе понятием «само» стоит (в соответствии с человеческой логикой и образованием понятий) логическая форма: устойчивое самовоспроизводимое сущее. Сущее, так как такой круг (без деструктивных внешних воздействий) устойчив – сам по себе неразрывен, — а устойчивость, в данном случае, обусловлена  воспроизводимостью – обеспечивает реальность и целостность определенной сущности, которая с ним соотносима. (Сущность, в определенном смысле, аналогична реальности, такой как «центр тяжести» и более, как момент импульса кругового движения в механике, но имеет логическую природу.) Такую внематериальную, но онтологически реальную форму или логическую структуру принципа само, обнаруживаемую путем абстрагирования, можно назвать нуменом. (При этом, самовоспроизводимость, безусловно, реализуется не в пустоте, а в некой среде (субстанции материальной природы), которая самостоятельно способна реализовать причинно-следственные отношения.)  Таким образом, содержание принципа (и метода) «само», как трансфизической реальности, реализуется в форме его проявления. То есть можно заключить, что  его форма, исходя из понимания сущности, выражается в самодействии, а содержание – в самокреативности (всеобъемлющей «самотворимости») – как самого «само» (поскольку нет «предшественников»), так и «внешних» образований, продуцируемых на основании принципа само. Еще раз стоит отметить, что для внешних образований «само» самоорганизации, как основание, не вещественный флюид, а логический принцип, если хотите, субстанция логического характера.

(Представить логическую структуру нумена можно на примере определения понятия мега-аксиомы «Аксиомой является то, что все аксиомы по определению истинны», т.е. сама эта Аксиома входит в класс аксиом и самоопределяет свою истинность.

Другой простой пример: «онтологизированное» определение понятия итерации или рекурсии, которое возникает как абстракция-догадка в процессе неоднократного обращения.

Итерация, см. «Итерация». (Рекурсия, апостериори вход через «Рекурсия»).

.

Усовершенствование принципа само – творческое продвижение в самом себе

Самодействие определяется первичностью принципа само, а всеобъемлющая  »самотворимость», как уже сказано, понимается в том смысле, что не только должна обеспечить порождение всё усложняющегося разнообразия наличного бытия «вещного мира», но и быть тем механизмом, который обеспечил возникновение реальности самого «само» как самообусловленного ноуменального сущего. Т.е. помимо прочего, обеспечить возникновение условия креативного развития само. Иными словами, увеличение творческого потенциала (ТП) «само», в рамках его самого.

Эта непонятная, в связи со сказанным, особенность – не определяющей, «не ведающей» своей направленности самоорганизации – выявляет для нас тенденцию, кажущуюся бесцельной, – тенденцию «развития» в самом себе как такового: самоорганизующегося развития ТП (‘самотворения’). Иными словами, тот принцип, который порождает все остальное, должен быть изобретен, порожден, с одной стороны, как принцип порождения самого себя («само»),  своего содержания и, с другой, — как это ни абсурдно, на более высокой ступени, принцип уже не просто «само», а выше: принцип самотворчества – самого себя (т.е. принципа самотворения, саморазвития некоего ‘логоса’ абстрактного творческого потенциала – в этом и кроется принципиальный и «таинственный» момент). Т.е. не иначе, как в момент первичного порождения «само». Причем, с учетом того, что из-за необходимости взаимного возникновения одного условия (генезиса самотворчества) прежде другого, а второго (возникновения себя самого, как инициатора) прежде первого, получается как бы порочный круг неразрешимости. Это говорит о том (следует из того), что он, как для себя первичный, не имеет возможности возникнуть в результате детерминированного процесса: а только при непредсказуемом заранее стечении условий и обстоятельств. Но этого представления, как оказывается, еще не совсем достаточно.

.

Само – самодействующий инициативный принцип

Другой необходимый момент – динамизм само.   Принцип порождения самого нумена «само» подразумевает под собой некие предпосылки – зачатки, простейшее выражение творческого потенциала субстанции – чувственной (физической) или сверхчувственной (‘трансфизической’), – в которой он проявляется. Поскольку такому потенциалу, именно как основы самодействующей креативности метода само, изначально, т.е. до образования нумена, невозможно проявиться, то он должен возникнуть как необходимый аспект (свойство) принципа само одновременно с ним(?!). Иными словами, само как «первопричине» должно быть присуще такое свойство самокреативности, в результате которого, как было сказано, сформируется как само само, так и принцип самовозникновения предполагаемых аспектов: то есть и ТП, и самодействия. Но возникновение самодействия не только как ‘номинального’, но как проявляющего изначальную активность.

Это самодействие, как можно предположить, в свою очередь будет продляющейся, переходящей на последующие этапы тенденцией (переложенной на тенденцию) творческого потенциала, динамическим продолжением (в плане неуёмного самотворчества) креативной «порождабельности» (генеративности). Продолжением, которое будет явлено как принцип действия – иными словами, будет самотворением, взятым, в своей принципиальной основе, как самого по себе. (Т.е. самоорганизация представляется уже не просто как образование организации из неупорядоченного субстрата, а как неограниченный «созидательный» процесс.) Это будет означать  тенденцию развития и совершенствования на уровне мета-физической (нуменальной), надматериальной, реальности собственно ТП, (то есть развития в открывшейся сфере мета-реальности — пример сферы можно посмотреть здесь — в которой наличествует, или по-другому, фигурирует также нумен принципа само). Если сравнивать, скажем,  с человеком, то аналогично сказанному в нем на ментальном уровне заложено стремление к самосовершенствованию, реализующееся через любознательность и самоозадачиваемость. Причем, человек может развивать и совершенствовать подходы и методы своей любознательной деятельности.

В связи с этим само, как причина себя, должно формироваться уже с врожденным будущим  принципом (и потенциалом) креативности, «творабельности», который приводит к его, нумена само, возникновению. Понятно, что весьма и весьма непросто такое себе представить, но высказанное не абсурдно: все заключено в простоте реализации, хотя и нетривиального в понимании, принципа и метода «само», который является следствием действия Принципа причинности, (в том, естественно, случае, когда самопроизвольно образуется возможность проявления последнего). Это проявление ПП вначале также неотъемлемый аспект «появления» метода само.

.

С учетом безначальности, врожденность должна возникать вместе, неотделимо, с возникновением нумена само. Таким образом, он нумен-первопричина: а) в первую очередь по самой своей сущности неудержимая, «необузданная» самокреативность;  б) возникает в результате «квазиопережающего» проявления самокреативности (т.е. в случае, когда сложатся условия для связей, определяемых как структура логики «само»); в) развивается как самокреативность в виде активного самодействующего принципа ‘саморазумения’ (не в человеческом понимании, а как логической формы или логоса) и г) для которого основополагающим принципом является принцип причинности.

При этом, что существенно – нумена, действующего в виде логоса, как формы саморазумения (по типу «воли» или «духа»), реализующегося через воплощаемое им то или иное наличное бытие, и проявляющегося в логике поведения этого бытия, самодействия. (Так и хочется соотнести это с понятием «божественного промысла».) Т.е. подразумевается, что данный принцип реализуется в некоем носителе.

В несколько ином плане – в более высоком представлении — это должно быть творчество, точнее, творческое начало как самоопределяемая неустанно развивающаяся нуменальная (надматериальная, но без материального носителя не способная реализоваться) сущность, творчество, развивающее в первую очередь само себя, свой собственный творческий потенциал. (Этот вывод следует из того, что деятельность нумена «само» априори не может «ведать» своей направленности, кроме, обусловленной своим происхождением, направленности на себя.) Но, порождает, как бы попутно, в своем зиждителе материальные структуры и на них основывает дальнейшее свое восхождение. Такую сущность, повторяясь, можно назвать субстанциональной основой, логической формой всякого творимого.

Нужно при этом подчеркнуть, что эта логическая форма, несмотря на свою спонтанную невыраженную детерминированность и примитивность, позволяет развиваться подчиненному ей субстрату в сложные, иерархические структуры, как материальной (энерго-информационной), так и нуменальной («надматериальной», образующей сферу мета-реальности) природы и в результате образовывать гигантские многомерные структуры типа сложноорганизованного космоса. (Сложноорганизованного, в том числе, на микроскопическом уровне.) Развиваться, синтезируя, путем автологичного замыкания, самоподдерживаемые – автологичные, самовоспроизводимые – образования, которые будут являться субстратом для последовательного производства новых автологичных (самоорганизованных) структур на последующих иерархических уровнях и т.д.

В связи с этим можно, фигурально выражаясь, сказать, что творческий потенциал,  скрытый в некоем абсолюте преобразуется – нуменом принципа само, на основе этого абсолюта возникшего, –  в логос, в своеобразную квазиформализованную  логическую, внутренне нетривиальную, структуру. Эта структура является онтологически реальной абстракцией, сущим (доинтеллектуальным «ментальным» образованием), которое не может быть выделено в чистом виде, но тем не менее, объективным, так как имеет автологичную нуменальную природу (самостоятельную), аналогичную смыслу.

Похожее соображение, как иллюстрацию всему сказанному, мы находим у Гегеля: «Развитие бога [читай, абсолютной идеи] в нем самом есть тем самым та же логическая необходимость, что и логическая необходимость универсума, а универсум божественен в себе лишь постольку, поскольку он на каждой ступени есть развитие этой формы» (Гегель, Философия религии в 2-х томах. Т.1// Лекции по философии религии, М.: Мысль, 1976, с.292.)

«Вся особенность денотата субъекта логики, то есть идеи, субстанции, состоит в том, что он, как тотальность, в снятом виде присутствует в каждом этапе развёртывания логики, в каждой её категории, присутствует не как нечто мёртвое, отработанное и складированное, а функционально, постоянно и вневременно. Если этого нет, то ничего нет − ни логики, ни причины существования мира. Если несуществующее единое не имеет взаимодействующих предикатов, то такое несуществующее единое ничего не претерпевает». (В.В. Семенов «Логика платоновского «Парменида» и логика Гегеля».)

Добавление

Забегая назад, можно отметить следующий аспект. Само самоорганизации, с логической стороны, можно представить как начало, отправной  момент самовыводимой теоретической концепции. При этом требуется включить в логический набор для описания предполагаемой теории правила и законы «неформализованного» логического вывода – перехода на новые логико-смысловые метатеоретические уровни. Тогда принцип само в своем развитии – в качестве логоса  как самодействующего принципа – с теоретической точки зрения можно представить как мета-теорию, описываемую самовыводимым формализмом, непосредственно неформализуемым (представляемую как «спонтанно-разумным» логосом), но в целом детерминистичным — т.е. логичным по результативности, апостериори. Причем, мета-теорией, являющейся, как следует предположить, теорией самого себя (самой себя). В силу этой самой самовыводимости – то есть с этой стороны также – оно, «само», есть сущее. (Под «неформализуемым детерминистичным формализмом» подразумевается образование нуменов, с выходом на новый уровень, с помощью непредсказуемого, но неизбежного замыкания причинно-логических кругов – логической «формы» нуменов.)

.

Самокреативность и самодействие передается порождаемым объектам наличного бытия как потенциальное свойство, как «форма» или действенный образ само как логоса-первопричины  и обеспечивает принципиальное свидетельство происхождения от него. Собственно, это есть сам логос, трансформирующийся в новые развитые (с неизменной логической схемой) нуменальные формы и структуры, например, такие «синергетические» образования: биопопуляции с организмами, интеллект, сознание, отношение взаимной признательности «ментально-психических» существ, эгоцентризм (т.е. себялюбие как ‘самопризнательность’ сознания). При этом принцип само как логос является, повторюсь, принципом, обладающим онтологическим  статусом, реальностью (т.е. не только лишь правдоподобным измышлением), хотя он и выявляется умозрением и абстрагированием. (Интересно, что в самокреативности заложен потенциал «благосклонности» принципа само как логоса к своим созданиям и безмятежности их существования.)

В принципе само, определяющим творческий потенциал, творчество есть «имманентное определение» и все аспекты творчества являются и средством, и целью. При всем при том самокреативность и самодействие должны, как уже сказано, обладать логикой, основанной на ПЛС, происходящей, «вырастающей» из понятия принципа «само», который есть основа логоса-первопричины.  В связи с этим вполне естественно предположить, поскольку логос берется в качестве первопричины (предполагающей причинение), что такая логика должна быть самообусловленной, самоопределяемой, «самоуправляемой», самоутверждающей. Это  обстоятельство определяет необходимость легализации, восприятия теоретиками замкнутых причинно-следственных цепочек и таких же цепочек логического следования  (в целом обозначаемых как ПЛС-круги со свойством циклической детерминации), которые реализуют свойство «само» –  т.е. самообращенности, самоопределяемости, самодетерминируемости, автологичности. (Об этом можно дополнительно посмотреть в работе, в которой рассматривается так называемая «Аксиоматика причинности»).

Структуру (организацию) самообращенности, самообусловленности, как и самоприменимости, с точки зрения логики, как уже говорилось, можно назвать автологизмом. Как предполагается, в  логике, включающей автологизм, – а в целом логики, обусловленной всеохватывающим нуменом само, – по определению не должно возникать форм и структур самоотрицания, конфликтного противопоставления, неоднозначности; это может выражаться в действии так называемого принципа однозначности или достоверности.  (В результате нарушения последнего, становятся апостериори нелогичными, бессмысленными, противоестественными – то есть за пределами действенности логики всё предопределяющего (ср. цитату В. Семенова выше) логоса-само, хотя теоретически возможными: такие ситуации, как парадокс лжеца и допущения и условия доказательства теорем Гёделя о неполноте и противоречивости.)

.

Мы употребляем выражение «замкнутый круг» («порочный круг»), не придавая ему никакого особенного значения. На самом деле это похожая на логический подвох нетривиальная банальность, по умолчанию воспринимаемая теоретиками ниже уровня научной строгости или теоретической беспристрастности, лишь при размышлении, допускающем логику автологичности (наподобие ‘спекулятивной’ логики в философии Гегеля), делает это понятие и его структуру предметом рассмотрения. В автологизме перед нами совершенно чистое мета-теоретически синтезированное образование (самоотображение).


Рубрика: Без рубрики | 1 Комментарий

Конструкция логической формы само.

Конструкция логической формы само.

Мне были высказаны замечания по поводу содержания предыдущей статьи про самоорганизацию.

Александр Торгашев:

«Мне представляется, что Вы где-то упустили грань между реальностью и воображением. Вы ставите в один ряд наблюдаемые явления – потоки, структуры, организацию – с воображаемыми – «принципом само», универсумом, эпициклами, кварками…  Первые не нуждаются ни в обоснованиях, ни в сомнениях. Они просто есть. Вторые нуждаются и в обоснованиях, и в доказательствах… Чем отличается предлагаемые вами универсум и изначальная самость от Ктулху – мне пока не очень понятно».

«Если введение этого понятия (Универсума) поможет каким-то образом систематизировать структуры или пути их формирования, тогда оно будет иметь смысл. Пока не вижу его практической ценности в описании реальности.»

.

Есть аспекты реальности, имеющие отношение к самоорганизации, которые предметны и  самодостаточны. Они могут быть зафиксированы и определены через представление о мета-теоретической сфере.

.

Мета-теоретическая сфера.

Содержанием этой сферы могут являться аспекты представления разнообразных систем. В системе как таковой есть определённая логика организации. Между системами есть отношения и связи. Все, что относится к логике и структурам отношений, часто является нашим вымыслом. Вот эту сферу логики и «идей» называют ноуменами – измысленной гносеологической реальностью. Но нередко бывает так, что то, что измыслено имеет свой эквивалент в реальности и наличествует – существует объективно, хотя и внечувственно, т.е. никак не наблюдаемо. Другими словами, это ноуменальное обладает не только гносеологическим, но и онтологическим статусом.

Это объективное ноуменальное  можно назвать метатеоретической физической реальностью или просто мета-реальностью. В связи с этим есть необходимость дать, на основе метатеоретического обобщения, описание «конструктивных оснований», приведших к определению и продвижению механизма самоорганизации и принципа само как ноуменальной реальности.

Начну с замечаний выше. Универсум не первичен и не самоценен – он  производная среда для особого рода неочевидных «фигурантов» некоей трансфизической, надматериальной  сферы, выявленных, как уже сказано, из метатеоретически обобщённой физической реальности (мета-сферы), фигурантов, создающих, порождающих этот Универсум. Можно выявить логику и «пути формирования» этих не обнаруживаемых в чистом виде фигурантов и на этой основе раскрыть, что является подноготной самоорганизации как многоуровневого процесса.

.
1) Универсум, в моем представлении – обозначение  организованного и упорядоченного многообразия  всего того, что существует (так же как понятие организм для живого существа). Он материалистичен. Единство его, в том числе, в том, что все процессы в нем подчиняются принципу причинности.


2) Основой причинной связи являются взаимодействия, на основе которых выстраиваются: зависимости, детерминистические связи и отношения.
3) Всякую реализацию отношений, на основе причинной связи, можно описать через проявление взаимодействий с помощью обобщенного детерминистского цикла:

– реализация взаимодействия;

– результат — возникает «действие» или эффект от взаимодействия;

– изменение от эффекта состояния, ситуации или условия на новые;

– возникновение, в связи с такими изменениями, новых взаимодействий;

… и т. д., в цикле.
(Такой цикл может реализоваться, причем само-произвольно. Но здесь само, как самостоятельной, отображенной в себя реальности, ещё нет.)

4) В отличие от линейных последовательностей (цепочек) причинно-следственной зависимости, другие – самые простейшие из легко складывающихся структур взаимосвязей и отношений, наиболее устойчивые из возможных – это кратчайшие циклически воспроизводящиеся цепочки из последовательных причинно-логических звеньев, замкнутые сами на себя. Они устойчивы.

Примечание.
Из-за того, что причинная связь и логическое следование образуют одинаковые по конструкции, по строению структуры отношения следования (например, замкнутые круги), можно определить общее для них понятие – причинно-логическое следование, ПЛС.

.

5) На основе структур, образующих циклическую причинно-логическую связь (ПЛС-связь), появляются «объекты» –  самоопределяемые целостные образования.  Отсюда возникает исходное и недвусмысленное понятие системы. Система – это структура отношений и связей, которая способствует процессу самовоспроизведения и, следовательно, сохранению своей целостности. Например, орбитальное движение вокруг центра, пламя, жизненный цикл организмов в популяции; или детерминистический цикл из п.3. (Имеется более углубленное представление: система – самовоспроизводящийся постоянный процесс зацеления: и  при своем возникновении (самоорганизации) и при дальнейшем существовании.)

5а) После образования системы возникает представление о появлении нового структурного уровня.

5б) Имеется, однако, и определение, по-другому представляющее синергию – система с точки зрения исследовательского подхода:

«Система есть отражение в сознании субъекта (исследователя, наблюдателя) свойств объектов и их отношений в решении задачи исследования, познания». Здесь целостность и единство системы обусловливается искусственным соединением в уме исследователя.

.

6) Поскольку в таком процессе образования системы в ней реализуются те или иные взаимодействия, то система обладает направленным во вне физическим качеством и потенциалом к взаимодействию, посредством этого качества (качеств).

6а) Образуя системы, среда (Универсум) запаковывает таким образом часть свободной энергии (в случае физической среды) в их структуре. Хаотичность среды снижается и системы как объекты нового структурного уровня проявляют свои потенции к взаимодействию. В результате возможны новые структуры ПЛС отношений, с образованием объектов — систем с циклической причинностью. Они образуют следующий структурный уровень со своими потенциями.

6б) Так происходит последовательно несколько раз и здесь можно увидеть не только восхождение по уровням, но и циклически повторяющуюся последовательность причин и следствий («зацеление и переход» на новый уровень) – уже в ином контексте, на ином теоретическом уровне. Т.е. можно заметить некоторый новый характер самоорганизации.

.

7) Целостность самоопределяемых объектов (у которых, вообще говоря, процессная природа) объясняется самоприменимой системообразующей структурой причинно-логической природы, представляющей только логику, которая называется автологизмом. Эта структура аналогична «вопиюще-банальному», идентичному самому с собой тавтологизму (типа, «приказ есть приказ!», «родина есть родина!»), но в отличие от последнего, автологизм определяет не просто невыразительную «тождественную самоидентичность», а самоприменимость и логику устойчивости объекта. Последняя проявляется из-за наличия и взаимосвязи 2-х логических (системного как мета-теоретического и непосредственного, предметного) уровней. За счет этого самоидентичность при самоприменимости определяет не тавтологичную банальность, а самодостаточность и устойчивость синергетического образования.

7а) Указанные 2 уровня содержат взаимозависимые ПЛС-круги циклической детерминации:

– ПЛС-круг через мета-уровень, связывает метатеоретическое (семантическое) и предметное содержание. Это круг самоссылочности, автореференции как проявление самоидентичности (на этой основе, например,  сознание как самосознание может сознавать собственную идентичность);

– ПЛС-круг на предметном уровне. Это круг процесса непосредственных  отношений и связей. (сознание идентифицирует себя как смысл, как понимающее мышление).

Эти круги фигурируют в разных сферах, в разных измерениях – они «ортогональны».

Как ‘уникальный’ пример, приведу разбор цитаты о связи теории научной как таковой и теории познания:

«Развиваясь в рамках материалистического мировоззрения, научные теории подобно губке впитывали в себя ее основные принципы («гены»), как бы копируя материалистическую теорию познания. Научная теория это как бы проекция материалистической теории познания на конкретную предметную область исследований.

В силу этого, структура материалистической теории познания должна быть подобна структуре естественнонаучной теории. Эту аналогию мы положили в основу анализа и синтеза материалистической теории познания». (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001f/3665-kkk.pdf)

Из цитаты авторов определенно следует взаимозависимость и взаимообусловленность построения теорий разного «методологического» уровня и в то же время, они не смешиваются, оперируя в разных сферах, на разных уровнях. Методологию, предположительно любой научной теории, согласно им, определяет теория познания, а, в то же время, форму самой этой теории определяют по способу построения научной теории, которую теория познания неявно, в неё, транслирует.  И что интересно: из-за логико-смыслового круга, теория познания получается как бы автологичной: её концепция самоопределяема, «самоконцептуальна».

.

8.) Автологизм, представляемый как аспект мета-теоретического уровня в системе, является образованием (логико-смысловым) метатеоретической реальности. В данном случае, как результат метатеоретической разработки и как необходимость, вводится концепция особой, «идеалистического» толка, опосредованной формы реальности. (Собственно, та же причинная связь – подобного рода вид идеальной реальности.)

.

9) Автологизм – это, одна сторона – логика системного образования, принцип. А, в свою очередь, предметное содержание с конкретной структурой отношений, выявленной умозрением (т.е. ноуменальной) – самовоспроизводимый «нумен». (Существует, правда, некая неопределенность в установлении однозначной адекватности того или иного нумена.)

Нумены есть те самые, упомянутые выше фигуранты неочевидной мета-реальности.

Примечание.
Нужно при этом подчеркнуть, что логическая форма, автологизм, несмотря на свою  невыраженную детерминированность и примитивность, позволяет развиваться подчиненному ей субстрату в сложные, иерархические структуры, как материальной (энерго-информационной), так и нуменальной («надматериальной») природы и в результате образовывать гигантские многомерные структуры типа сложноорганизованного космоса.

10) Замыкание ПЛС-круга, с образованием автологизма и нуменальной, мета-физической структуры есть самый процесс самоорганизации. Т.е. образование синергетической структуры, воспроизводящей свое собственное существование и этим обеспечивающее устойчивость. (Поэтому,  из-за воспроизводства,  синергетическое образование есть, также, ‘гипостазированный’ процесс.)

.

Такое представление позволяет рассматривать некую идейно целостную и «минимизированную» концепцию самоорганизации, в которой ведущую роль играет имманентный принцип само, охватывающй все проявления реальности. Т.е. принцип на основе идеи самоприменимости – самопорождения и самовоспроизводства. (Возможно, что привлечение понятия само, для выражения идейной основы самоорганизации, есть надуманный самостоятельный аспект и он излишен).


Рубрика: Метатеоретическая физика | 4 Комментария

Самоорганизация — возникновение как метода и логическая структура

Самоорганизация – как эта тенденция, метод и принцип структуризации и усложнения (понятие, широко используемое в синергетике и теории систем), возникли во вселенной?

В самоорганизации как принципе представляется необходимым выяснить 2 аспекта: а) как происходит организация-действие  по принципу «само» и б) «взглянув сверху», понять как возник собственно сам принцип формирования, такой как само. — В соответствии со своей собственной самоорганизацией как методом, или каким-то другим способом.(?) Ключевой последний вопрос — каким образом и откуда возник метод и аспект развития под названием «само».

Это важно с той точки зрения, что на этом принципе возник вселенский креативный Универсум, и который саморазвивается непосредственно в силу того же принципа.

В этом процессе в результате первичной самоорганизации, как самостоятельное, системообразующее начало креативности, возник и наращивается, качественно усложняясь  – как будет видно в дальнейшем – творческий потенциал (ТП) Универсума. Первым моментом ТП была его собственная, совместная с принципом «само», самоорганизация. Можно полагать, что логика «само» во всем дальнейшем, во всем Универсуме становится определяющей.

В первую очередь, надо полагать, что это произошло естественным путем, самопроизвольно. Интуитивно аспект проявления действительности, связанный с самоорганизацией и наращиванием сложности – т.е. «само» — естественно, понимается как независимый, самородный, которому ничто не предшествовало в смысле заготовленной «формулы» или схемы или внешней организации его возникновения. Можно ли в связи с этим понять, как этот метод само, условно говоря, сам себя сформировал и инициировал? На мой взгляд, это очень важный гносеологический и методологический вопрос.

Из такого предварительного выяснения становится понятным, что реальность само является –  в представлении принципа причинной обусловленности – как своей собственной причиной, так и своим следствием.

Почему так важно выяснить сущность аспекта само? Потому что он является принципом усложнения, развития, совершенствования и системности всяких образований, а так же, в более высоком плане, методом не только увеличения, но и качественного наращивания творческого потенциала вселенной – а это позволяет считать все возникающее не только продуктом тривиальной (медленной) эволюции, но и более конструктивных, «проработанных», более изобретательных, методов. Т.е. представляет собой, в том числе, как бы деятельность самостоятельной сущности, типа неперсонифицированного разума, (связываемого с логосом как «разумением»).

Во всем этом аспект «самопричинения» является весьма нетривиальным, но на мой взгляд, решающим и наиболее продуктивным, потому что причинение выражает произведенное действие и результативность. (Интересно было бы пригласить апологетов, приверженцев теории «сильного мышления» – для обсуждения характера проявления и логической структуры причинения, типа само себя порождения.)

Необходимо представить проявление аспекта само как самопричину, в которой, по определению,  имеется замкнутая из конца в начало причинно-следственная связь (и возможная, также, логическая связь подобного рода), т.е. где следствие опосредованно, или непосредственно, порождает свою причину.

В таком рассмотрении принципиальным моментов является выяснение, каким образом возникает само собой структура типа замкнутой петли или самоссылочности. (И что интересно: в самом понятии «самопричины» присутствует этот самый аспект само.) Иными словами, может ли «в самом начале» существовать, условно говоря, причина, предвосхищающая себя до своего возникновения?

После некоторого размышления становится понятно, что для такого замыкания должны существовать предпосылки в виде возможных связей, описываемых через логическое следование типа «если…, то…», которые до своей реализации, но условно-возможно — «квазиреально» — образуют замкнутый круг. Т.е. существуют предпосылки самоприменимости.


Рубрика: Метатеоретическая физика | 8 Комментариев

Самоорганизация «логической идеи» Гегеля как самоопределяемый синтез

Возникновение «логической идеи» Гегеля на основе автологичности

Недавние статьи о возможности таких диалектик как триалектика, пенталектика, эвалектика и других подобных квазилектиках вызвали желание представить свою «квазилектику», о которой ещё не говорилось в подобных публикациях. Но предлагаемое далее представление, не очередная экзотика — Гегель, что отрадно, постоянно «намекал» о ней в своих философских трудах, не имея, при этом, намерений из-за «очевидности» её рассматривать.

.

Гегель – провозвестник «автолектики»

Существует целый концептуальный пласт логических форм и определений в философской системе Гегеля, который можно было бы назвать «теневой», нераскрытой частью диалектики. Несправедливо было бы оставить этот пласт без внимания и разбора. Его богатые скрытые свойства, свойства нетривиальной логики, не дают покоя и подогревают пытливый ум (у автора имеются весомые на то основания). Особенно, когда пытаешься понять диалектику через  призму самых последних, из переведенных на русский язык, «Философии духа» и особенно «Философии религии» Гегеля, которые не получили такого разностороннего толкования, как «Энциклопедия Философских Наук» и «Наука Логики».

Именно оттуда, из этого «пласта», где определения и формы выдаются за, как бы, само собой разумеющееся, должно, по логике, выявиться представление о подспудном содержании диалектики как существенно самообусловленной и самоопределяемой (автологичной). Сам Гегель, с уверенностью возвещает о таком содержании. Цитата:

«Формы мышления должны быть рассмотрены в себе и для себя, они представляют собой предмет и деятельность самого этого предмета. Они сами подвергают себя исследованию, сами должны определять свои границы и вскрывать свои недостатки. Тогда это будет та деятельность мышления, которую дальше мы рассмотрим особо как диалектику» (Гегель, Э.Ф.Н., §41).

.

То есть, согласно содержанию цитаты, формы мышления являются деятельностью, направленной само на себя как на предмет этой деятельности, с целью исследования, определения их границ, характера и возможностей. Из этого недвусмысленно следует, что Гегель, согласно цитате, хочет представить  диалектику авторефлексивной  и самоприменимой. Это разумно и позитивно. Но судя по его различным трудам, самоприменимость остается не определяющим основанием и тенденцией, а всего лишь своеусловным и удобным для частной ситуации  контекстом, поскольку он и в последующем, используя «само собой разумеющуюся» очевидность, широко применяет (особенно в упомянутых «Философии Духа» и «Философии религии») – но вместе с тем не раскрывает – смысл самообращенных, т.е. имеющих возвратную форму (само, для себя, в себе и т.д.) выражений и речевых оборотов. Можно ли в таком случае иметь всестороннее представление о характере диалектики.

Этот лишенный ясности пласт, фактически можно считать скрытой стороной идеологии диалектического метода, которую, однако, предлагается  принимать на веру.  Такая недосказанность порождает неоднозначность понимания многих позиций его учения. Однако. В отличие от большинства толкователей традиционной диалектики, мне стало интересным, как, в каком смысле нужно понимать  скрытую логику самоотображаемых, автореферентных конструкций философа и оценить их роль, тем более, что имеется собственный теоретический задел на этот счет. И есть уверенность в том, что такая логика существует.

Как представляется, такую, высказанную в цитате, вышеозначенную самообращенную деятельность мышления правомерно назвать, условно говоря, «автолектикой«, ведь из неё следует (не только непосредственно, а также «постановочно»), что предмет и его деятельность, прямо или косвенно, заключаются в самоопределении и самоадаптации, в «рефлексии в себя»; а собственно диалектика, согласно определению Гегеля, носит как бы подчиненную роль.

Скорее всего, тут нет подмены диалектики. Диалектика, это метод, с помощью которого образуется логика развития и формирования структур в мышлении и природе, а автолектика – метод порождения смыслов и нуменов: как их возможных первообразов и как структурной основы самообусловленных образований.

С этой точки зрения, кроме достоверной интерпретации автологичных1 конструкций, удалось найти метод альтернативного развертывания философской системы со спекулятивной логикой, взяв за основу положение Гегеля о самодостаточности и самоопределяемости «логической идеи» и самоопределении ее логики.

Вклад Гегеля в философию и метафизику данным исследованием не умаляется; безусловно, это самый глубокомысленный и проницательный мыслитель, по глубокомысленности абстракций, метода спекулятивной логики и многоплановости, скорее всего, превосходящий Аристотеля и Платона.

.

Постижение философии как метафизики

Вначале предложено  рассмотреть некую концепцию, представляющую способ инициирования философских рассуждений и старта некоей философии, путем построения последовательности «восходящих» рефлексивных шагов, как задающих новые контексты и предполагающих новые смыслы. Рефлексия понимается здесь с акцентом на креативность: как «взгляд сверху» или «взгляд со стороны»  с порождением нового смысла посредством неформализуемой, не выводимой логическим путем, догадки. Затем сделана попытка представить систему философии Гегеля с помощью новой «парадигмы», где раскрутка начинается с построения автологичной схемы или «формы», непосредственно исходя из сформулированного положения Гегеля (Энциклопедия Философский Наук, §19) о начале самодостаточного разворачивания самоотображаемой (авторефлексивной) идеи.

.

Формирование содержания философии, как метафизической теории, в целом можно представить как раскручивающееся самоотображение и самодетерминацию.

1-й пункт. Предположим, в духе вышеприведенного положения Гегеля, что всякая достойная философия должна начинаться с «само‑затравки», с предпосылок, выдвигаемых или формируемых ею самой, – как правило, с наиболее предпочтительного, существенного момента в представлении её автора (скажем, как у М. Мамардашвили, с самоотображения сознания). В данном случае правомерно начать с мысли (коль скоро речь о самоопределении и самоорганизации) о выработке, порождении ею самой себе своего материала (Гегель). Это соображение можно назвать несформулированным, нераскрытым ‘предпроектом’. 2-й пункт. В связи с первым пунктом возникает вопрос: откуда затравке взяться; где найти на этом шаге материал, не имея предпосылок? Таким минимальным материалом (т.е. отправной затравкой-минимум) может служить собственно размышление, а точнее, мысль о затравке; и это представляется правомерным – в контексте определения «самой себе». 3. Не останавливаясь на характере и содержании затравочной мысли, предпринимаем  следующий «поворот мысли»: согласно очевидному представлению о том, что соображение о затравке – мысль, мы, «не мудрствуя», с большой уверенностью заключаем, что существенным принципом философии является мысленное рассмотрение, размышление или рефлексия. 4. Но, абстрагируясь – также взглянув со стороны – постепенно понимаем (новая догадка), что и само размышление мы можем сделать предметом рефлексии.

5. А из этого, опять же, выявляется новая догадка-рефлексия: – то, что возможен самоопределившийся независимый предмет – размышление о размышлении (основа, как говорил Гегель, «свободной стихии мышления») и на этой основе можно начать формулировать и определения, и его, как самоотображаемого мышления, логические законы, и соответственно, развитие.

Термин «само-затравка», после определения этих 5 пунктов, т.е. апостериори, является теперь уже, обозначением (и ссылкой ко) всей сформированной многоступенчатой предпосылки. Предпроект стал раскрытым, сформулированным проектом философской системы.

В многошаговом размышлении, с самого первого пункта как бы подразумевалось, что  содержанием философии должно стать мышление как непосредственно то, с чем имеем дело.

Итак, можно предположить, философствование – это, по большому счету, неизменно восходящее с уровня на уровень производство и применение рефлексии, делающей своим предметом соображения (точнее, смыслы), полученные на предшествующем уровне применения рефлексии. Те метод и теория, которые рассматривают и исследуют определения, свойства и законы восходящей рефлексии в применении к себе самой, можно назвать самоопределяемой мета‑физикой (или, если приживется, «автолектикой»); и не только самоопределяемой, но и самоприменимой. Вообще, название «мета-физика» (или «пост-метафизика»), в отличие от предшествующей метафизики, определяется здесь как  метатеоретическое физическое знание, т.е. отталкивающееся от обобщенного знания о физической реальности. При этом, в первую очередь теоретически рассматривается не собственно содержание, а структура отношений предмета. Кстати, использованная неформальная логика, с «поворотами мысли» и неформализуемой догадкой, на основе высказанных соображений, нашла свое выражение при разработке логики этой  пост-метафизики  (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001d/00162431.htm )

Вернемся к приведенному выше примеру развертывания философии и добавим предположение. Интересно, кроме прочего то, что мы определенным образом можем вернуться к 1-му пункту и уже повторно, по новому кругу рассматривать (в смысле рефлексии как самоотображения) все эти шаги 1 – 5. Рассматривать их содержание как развернутый  материал и проект: как предмет дальнейшей философской рефлексии, в контексте задачи 1-го пункта и продвигать развитие инициированной философии; поэтому изначальное создание предпосылки и было названо «предпроектом».

Затравка, в виде пунктов 1 – 5, состоялась – полученный предмет можно сделать: неограниченной темой размышления собственной метафизической системы, основной идеей которой есть самоотображаемая самоприменимая логика, и её возможные свойства, попутно порождая из возникающих контекстов новые рефлексии. Например, мы можем а) определить из рефлексии о самой рефлексии принцип автологичности – самообращенности как самого мышления, так и самообращенности (самоотображения) и самообусловленности предметов, которые им рассматриваются как предметы мышления, и исследовать свойства автологичных структур как, по своей природе, самоопределяемых, т.е. самопроизводных. Кстати говоря, принцип автологичности предоставляет способ – в том числе – рассмотреть многочисленные «самообращенные» формы, термины или определения Гегеля, включающие «себе», «себя», «само», «самого себя».

Но самый интересный и неоднозначный момент, в связи с последними формами заключается в следующем. Гегель не объединяет, с одной стороны, представление и смысл, вытекающий из формулировки его самоопределяющейся Идеи как мышления на основе саморазвивающейся логики (Энциклопедия Философских Наук, §19) и, с другой стороны, смысл часто употребляемых им выражений, где присутствуют следующие  словосочетания с самообращенным содержанием: «для себя бытие», «для себя сущее»,  «в самом себе бытие», «приходит к себе в своем ином», «опосредствование себя с собой своим отрицанием», «моменты формы рефлектируют себя в самих себя», «определяя себя как основание, сущность происходит лишь из себя», «быть… самоотталкиванием себя в само себя» (последнее вовсе непостижимо! – но нужно верить, что такое возможно). Наконец, «я» – как бесконечный у него круг отношений самовхождения и самоотображения.

То есть: с единой позиции – по принципу образования и устройства – он не рассматривает: а’) само-определяемость Идеи и б’) совокупность перечисленных самообращенных определений, в том смысле, что они имеют общую «идею» возвратных отношений и внутренний образ как самоссылочные, самообусловленные, т.е. автологичные, образования.   Однако, как в автологизме, так и в указанных гегелевских структурах, и Идее в том числе, предположительно внутренние формирующие (задающие) схемы или «формы» – по своей логической структуре – должны, очевидно, быть идентичными.

Далее, возвращаясь назад к пяти пунктам, можно заметить, что б) переход, в нашем случае, каждый раз к отвлеченной рефлексии – переход, характеризуемый как  «взгляд со стороны (или сверху)» – есть, собственного говоря, переход к следующему уровню, выход мысли на  некий новый уровень рассмотрения (или с добавленным «измерением»).

Взгляд со стороны – это переход, ‘оснащенный’ вписанным в него таким неформализуемым, но креативным (эвристическим) приемом как «абстракция-догадка» (А-Д) 2. Например, пункты 2, 3, 4. и т.д. — формируются на основе взгляда со стороны и А-Д. Надо отметить здесь, что «взгляд_со_стороны«, вместе с абстракцией-догадкой  –  это  рефлексия, как некая «автолектическая» форма мышления с порождением смысла.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что развитие такого рода философии, основанной на принципе авторефлексии т.е. самоотображении создаваемой системы и А-Д, (на примере совокупности шагов 1,2,3,…), может идти по многим направлениям – как «метатеоретическим», так и прикладным.

Логическая Идея Гегеля как самостоятельно развивающаяся самодетерминирующаяся логическая система

Гегель, как представляется, поддался обманчивому, по большому счету, «не подлежащему сомнению», убеждению о всеобъемлющей продуктивности самоотрицания (и «отрицательности» вообще), поскольку в антиподе самоотрицания, самоутверждении, взятом как деятельное, очевиден ничем не примечательный замкнутый круг, лишенный якобы (в представлении мыслителей и теоретиков)  »мысли» и конструктивности, как банальное никчемное образование или «пустая форма». Однако, есть уверенность, что действительность в своей онтологической основе подчиняется не диалектике «отрицания и конкуренции противоположностей», а принципу самоорганизации, с автолектическим методом: с кругом самосогласованности, самоутверждения и самоупорядочивания – т.е. с логикой самонепротиворечивого и безальтернативного стремления сохранения целостности и самовоспроизводства.

При этом ещё важнее – рассматривать сам процесс замыкания автологизмов, как восхождение на новый логико-смысловой (в итоге на новый структурный) уровень, откуда и на основе чего достигается усложнение: синтез и развитие структуры, состоящей из устойчивых, с циклической детерминацией, «зацелённых» композиций элементов предшествующего уровня.

Попробуем отдать должное синтетическому методу самоутверждения в виде применения идеи автологичности. Представим свой собственный ход рассуждений по возможной самоорганизации («становления», по Гегелю) его логической идеи, без дополнительного и непонятного экскурса во взаимоотношение бытия и ничто, представляя её определение-постулат как свою собственную затравку.

.

Логическая идея, с перспективой самостоятельного развития, была определена им в «Малой Логике» следующим образом:

«Логика есть наука о чистой идее… Идея есть мышление – не как формальное мышление, а как развивающаяся тотальность её собственных определений и законов, которые она сама себе дает, а не имеет или находит в себе заранее» (Г. Гегель, Э.Ф.Н., §19).

Несомненно то, что цитата является глубокомысленным, проницательным и удачным определением Гегеля, поскольку подразумевается, что никаких ‘заготовок’ и схем построения у чистой идеи заранее не имеется (кстати, это созвучно смыслу 1-го пункта из примера разворачивания философии в вводной части). Определение является, вместе с тем, определенным упорядочивающим ограничением, накладываемым на методическую широту проявления мышления и логики. То есть логическая идея, применяя креативную рефлексию-догадку, должна развиваться и действовать, используя (здесь уже априори применяется её заявленный принцип «давания себе») следующие выраженные в её собственном определении способы и моменты.

.

Логическая ИДЕЯ:

1 – Давание,

2 – самой себе,

3 – через мышление,

4 – соблюдая тотальность (всецелостность и всеохватность).

Первым «даванием» – из-за отсутствия предзаданности – как раз, с необходимостью, и является содержание выделенных из определения идеи пунктов («обращение на себя из себя «).

Пункт о тотальности предполагает, что логика как система мышления должна быть  самоохватной  по сфере проявления и сохраняющей логическую и смысловую целостность3. Это означает, что: «развитие», «определения и законы» и «давание себе» не должно приводить к рассогласованию, разупорядочиванию процесса развития логики и тем более к внутреннему самоотрицанию, как самопротивоположению, и «дезорганизации» идеи. И это принципиально для существования Идеи как целого.

Возможно, также, усмотреть ещё и другие аспекты. Например, само определение является первичным «законом». Также, «развитие» – собственно, это основной принцип самоорганизации: логики и мышления. Далее – «неформальность» поисковых моментов, что допускает такие приемы рефлексии, как абстракция-догадка.

Эти четыре пункта составляют ‘парадигму’ новой логики, а именно, автологичность: самообусловленность и самопорождаемость. Например, «давание самой себе», в контексте развития, открывает такое свойство или принцип, как самоприменимость, а в более развитом виде, самовыводимость логики как метафизической теории; и можно уже, в том числе, исследовать характер, логику и качественные особенности самоприменимости. На основе указанных моментов, как представляется,  должна выстраиваться содержательная и непротиворечивая логика и наука о ней.

Это естественный, хотя и весьма неочевидный путь (т.е. с применением с первых шагов восходящей рефлексии). Но Гегеля, имеющего на руках готовую и реальную стартовую ситуацию, странным образом унесло в другом, побочном, направлении:  изыскании непредопределенного непосредственного, типа, чистого знания или бытия, вместо разработки непосредственно самой чистой идеи. Тем самым он «идеологически» и концептуально оторвал  её от задумки саморазвития её самой, как предмета, данного им в исходном определении, заменив на бесславное тождество «чистого бытия и ничто».

В противовес его же подходу про чистое бытие оказывается цитата самого философа из 2-й книги Науки Логики – «Учения о сущности» (глава «Основание», п. ‘Примечание’), которая так же характеризует, на мой взгляд, требуемый подход к  Идее, соответствующий авторефлективности и самоссылочности в её определении: «в положении об основании находит свое выражение существенность рефлексии в себя в противоположность чистому бытию» (выделил Истодин). (Т.е. выходит, не чистое бытие, в первую очередь, должно рассматриваться, а собственные самоотображение и предполагаемая самоопределяемость обсуждаемой Идеи.)

Можно было и необходимо разбираться в свойствах и предметном содержании каждого выявленного пункта, как и в свойстве самоприменимости и самопорождения идеи в ‘форме’ мышления. Однако философом было выбрано, на мой взгляд, также стороннее, можно сказать, фигуральное и неадекватное, в описанной им у себя ситуации становления, – понятие отрицания, отрицательности. Как один из примеров: он называет мышление «отрицанием непосредственно данного». Вполне очевидная умозрительная формальность, придающая, возможно, лаконичность или изысканность формулировкам.

В самом деле, на первом этапе, идея  как мышление, исходя из её собственного определения, — отрицанием себя или чего-либо, в буквальном, фактическом смысле – не является. (Если имеется непосредственность мышления, то оно является «развивающейся тотальностью её собственных определений и законов», которые она, согласно ситуации, порождает «в здравом уме» – без двусмысленности, и вбирает, а вовсе не «застревает» в противопоставлениях.) По определению с самого начала отрицательности не имеется, как и не имеется её предпосылок, следовательно, отрицательность вводится искусственно, в последующем; но и в последующем совсем неоднозначны предпосылки её введения. Тут дело, как представляется, в другом: «отрицание», изначально как умозрительное и фиктивное отношение, как метафора возводится «где надо» в отрицание фактическое, низводящее; тем самым подгоняется под определенные потребности.

.

Заключение

По поводу метафизики в постижении философии.

Если рассматривать понятие авторефлексии, т.е. «размышление о размышлении» как самодостаточный ноумен (а точнее, нумен), то в его автологичной тождественности – в самом по себе как нераздельном единстве – можно отметить три аспекта: размышление как предмет, размышление как действие, направленное на предмет и размышление как субъект (триадическое деление здесь не обязательно единственное.) Эти аспекты или моменты понятия, хотя и не выделяемые в чистом виде, находятся между собой в определенных логико-смысловых отношениях. Эти отношения и их зависимость друг от друга можно описать с помощью обобщенной причинно-логической связи.

В связи с этим концепцию с развитием логической идеи в представленном изложении и, имея в  виду особенность и характер Первопричины, после теоретической проработки и формализации с созданием «Аксиоматики мета-физики«, следует определить как метатеоретическое знание, то, что , с применением измененной орфографии, можно назвать мета-физикой.

После такой проработки возникло понимание, что имеется   начало мета-физики как теоретического знания, обладающего элементами научного подхода.

.

.

Примечания.

1. «Автологичный» (ближайший аналог «тавтология», «тавтологичный») – имеется в виду самотождественный, но тождество, в отличие от пустой тавтологии, здесь не в формальном абстрактном смысле, а содержательное, при котором предмет (вещь, логика, идея, принцип, понятие) обусловливает сам собой собственную достоверность, объективность или существование. Другой момент – понятие «автологичный» подразумевает самоопределяемый, а, в идеале, в смысле восходящего продвижения самоорганизации, — «самодействующий» и самопорождаемый.

2. Абстрагирование есть особый вид познания размышлением (рефлексии) – теоретическое построение. С теоретическим мышлением также связан способ, так сказать, неформализованного логического вывода – «взгляд сверху, взгляд со стороны». Но взгляд сверху предоставляет возможность порождения «абстракции-догадки». Абстракция-догадка позволяет получить единый смысл, выражающий понимание той структуры мысли (мыслей), на которой как основании и источнике возникла эта самая догадка. Смысл может быть узнаваемый, но  может быть смысл порождаемый вновь – такой смысл не сразу дается, поскольку он совершенно новый и ничего подходящего из памяти и опыта на ум не приходит. Ситуация с новым смыслом скорее всего соответствует «открытию».

3. С учетом самоопределяемости и самоприменимости, идея сама в самой себе подразумевается как:

– идея – это самодействующая логика (процесс),

– идея, как предмет действия логики,

– идея, как субъект манипуляции предметом.


Рубрика: Метатеоретическая физика | Комментировать

Возникновение «логической идеи» Гегеля на основе автологичности

Возникновение «логической идеи» Гегеля на основе автологичности

Недавние статьи о возможности таких диалектик как триалектика, пенталектика, эвалектика и других подобных квазилектиках вызвали желание представить свою «квазилектику», о которой ещё не говорилось в подобных публикациях. Но предлагаемое далее представление, не очередная экзотика — Гегель, что отрадно, постоянно «намекал» о ней в своих философских трудах, не имея, при этом, намерений из-за «очевидности» её рассматривать.

.

Гегель – провозвестник «автолектики»

Существует целый концептуальный пласт логических форм и определений в философской системе Гегеля, который можно было бы назвать «теневой», нераскрытой частью диалектики. Несправедливо было бы оставить этот пласт без внимания и разбора. Его богатые скрытые свойства, свойства нетривиальной логики, не дают покоя и подогревают пытливый ум (у автора имеются весомые на то основания). Особенно, когда пытаешься понять диалектику через  призму самых последних, из переведенных на русский язык, «Философии духа» и особенно «Философии религии» Гегеля, которые не получили такого разностороннего толкования, как «Энциклопедия Философских Наук» и «Наука Логики».

Именно оттуда, из этого «пласта», где определения и формы выдаются за, как бы, само собой разумеющееся, должно, по логике, выявиться представление о подспудном содержании диалектики как существенно самообусловленной и самоопределяемой (автологичной). Сам Гегель, с уверенностью возвещает о таком содержании. Цитата:

«Формы мышления должны быть рассмотрены в себе и для себя, они представляют собой предмет и деятельность самого этого предмета. Они сами подвергают себя исследованию, сами должны определять свои границы и вскрывать свои недостатки. Тогда это будет та деятельность мышления, которую дальше мы рассмотрим особо как диалектику» (Гегель, Э.Ф.Н., §41).

.

То есть, согласно содержанию цитаты, формы мышления являются деятельностью, направленной само на себя как на предмет этой деятельности, с целью исследования, определения их границ, характера и возможностей. Из этого недвусмысленно следует, что Гегель, согласно цитате, хочет представить  диалектику авторефлексивной  и самоприменимой. Это разумно и позитивно. Но судя по его различным трудам, самоприменимость остается не определяющим основанием и тенденцией, а всего лишь своеусловным и удобным для частной ситуации  контекстом, поскольку он и в последующем, используя «само собой разумеющуюся» очевидность, широко применяет (особенно в упомянутых «Философии Духа» и «Философии религии») – но вместе с тем не раскрывает – смысл самообращенных, т.е. имеющих возвратную форму (само, для себя, в себе и т.д.) выражений и речевых оборотов. Можно ли в таком случае иметь всестороннее представление о характере диалектики.

Этот лишенный ясности пласт, фактически можно считать скрытой стороной идеологии диалектического метода, которую, однако, предлагается  принимать на веру.  Такая недосказанность порождает неоднозначность понимания многих позиций его учения. Однако. В отличие от большинства толкователей традиционной диалектики, мне стало интересным, как, в каком смысле нужно понимать  скрытую логику самоотображаемых, автореферентных конструкций философа и оценить их роль, тем более, что имеется собственный теоретический задел на этот счет. И есть уверенность в том, что такая логика существует.

Как представляется, такую, высказанную в цитате, вышеозначенную самообращенную деятельность мышления правомерно назвать, условно говоря, «автолектикой», ведь из неё следует (не только непосредственно, а также «постановочно»), что предмет и его деятельность, прямо или косвенно, заключаются в самоопределении и самоадаптации, в «рефлексии в себя»; а собственно диалектика, согласно определению Гегеля, носит как бы подчиненную роль.

Скорее всего, тут нет подмены диалектики. Диалектика, это метод, с помощью которого образуется логика развития и формирования структур в мышлении и природе, а автолектика – метод порождения смыслов и нуменов: как их возможных первообразов и как структурной основы самообусловленных образований.

С этой точки зрения, кроме достоверной интерпретации автологичных1 конструкций, удалось найти метод альтернативного развертывания философской системы со спекулятивной логикой, взяв за основу положение Гегеля о самодостаточности и самоопределяемости «логической идеи» и самоопределении ее логики.

Вклад Гегеля в философию и метафизику данным исследованием не умаляется; безусловно, это самый глубокомысленный и проницательный мыслитель, по глубокомысленности абстракций, метода спекулятивной логики и многоплановости, скорее всего, превосходящий Аристотеля и Платона.

.

Постижение философии как метафизики

Вначале предложено  рассмотреть некую концепцию, представляющую способ инициирования философских рассуждений и старта некоей философии, путем построения последовательности «восходящих» рефлексивных шагов, как задающих новые контексты и предполагающих новые смыслы. Рефлексия понимается здесь с акцентом на креативность: как «взгляд сверху» или «взгляд со стороны»  с порождением нового смысла посредством неформализуемой, не выводимой логическим путем, догадки. Затем сделана попытка представить систему философии Гегеля с помощью новой «парадигмы», где раскрутка начинается с построения автологичной схемы или «формы», непосредственно исходя из сформулированного положения Гегеля (Энциклопедия Философский Наук, §19) о начале самодостаточного разворачивания самоотображаемой (авторефлексивной) идеи.

.

Формирование содержания философии, как метафизической теории, в целом можно представить как раскручивающееся самоотображение и самодетерминацию.

1-й пункт. Предположим, в духе вышеприведенного положения Гегеля, что всякая достойная философия должна начинаться с «само‑затравки», с предпосылок, выдвигаемых или формируемых ею самой, – как правило, с наиболее предпочтительного, существенного момента в представлении её автора (скажем, как у М. Мамардашвили, с самоотображения сознания). В данном случае правомерно начать с мысли (коль скоро речь о самоопределении и самоорганизации) о выработке, порождении ею самой себе своего материала (Гегель). Это соображение можно назвать несформулированным, нераскрытым ‘предпроектом’. 2-й пункт. В связи с первым пунктом возникает вопрос: откуда затравке взяться; где найти на этом шаге материал, не имея предпосылок? Таким минимальным материалом (т.е. отправной затравкой-минимум) может служить собственно размышление, а точнее, мысль о затравке; и это представляется правомерным – в контексте определения «самой себе». 3. Не останавливаясь на характере и содержании затравочной мысли, предпринимаем  следующий «поворот мысли»: согласно очевидному представлению о том, что соображение о затравке – мысль, мы, «не мудрствуя», с большой уверенностью заключаем, что существенным принципом философии является мысленное рассмотрение, размышление или рефлексия. 4. Но, абстрагируясь – также взглянув со стороны – постепенно понимаем (новая догадка), что и само размышление мы можем сделать предметом рефлексии.

5. А из этого, опять же, выявляется новая догадка-рефлексия: – то, что возможен самоопределившийся независимый предмет – размышление о размышлении (основа, как говорил Гегель, «свободной стихии мышления») и на этой основе можно начать формулировать и определения, и его, как самоотображаемого мышления, логические законы, и соответственно, развитие.

Термин «само-затравка», после определения этих 5 пунктов, т.е. апостериори, является теперь уже, обозначением (и ссылкой ко) всей сформированной многоступенчатой предпосылки. Предпроект стал раскрытым, сформулированным проектом философской системы.

В многошаговом размышлении, с самого первого пункта как бы подразумевалось, что  содержанием философии должно стать мышление как непосредственно то, с чем имеем дело.

Итак, можно предположить, философствование – это, по большому счету, неизменно восходящее с уровня на уровень производство и применение рефлексии, делающей своим предметом соображения (точнее, смыслы), полученные на предшествующем уровне применения рефлексии. Те метод и теория, которые рассматривают и исследуют определения, свойства и законы восходящей рефлексии в применении к себе самой, можно назвать самоопределяемой мета‑физикой (или, если приживется, «автолектикой»); и не только самоопределяемой, но и самоприменимой. Вообще, название «мета-физика» (или «пост-метафизика»), в отличие от предшествующей метафизики, определяется здесь как  метатеоретическое физическое знание, т.е. отталкивающееся от обобщенного знания о физической реальности. При этом, в первую очередь теоретически рассматривается не собственно содержание, а структура отношений предмета. Кстати, использованная неформальная логика, с «поворотами мысли» и неформализуемой догадкой, на основе высказанных соображений, нашла свое выражение при разработке логики этой  пост-метафизики  (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001d/00162431.htm )

Вернемся к приведенному выше примеру развертывания философии и добавим предположение. Интересно, кроме прочего то, что мы определенным образом можем вернуться к 1-му пункту и уже повторно, по новому кругу рассматривать (в смысле рефлексии как самоотображения) все эти шаги 1 – 5. Рассматривать их содержание как развернутый  материал и проект: как предмет дальнейшей философской рефлексии, в контексте задачи 1-го пункта и продвигать развитие инициированной философии; поэтому изначальное создание предпосылки и было названо «предпроектом».

Затравка, в виде пунктов 1 – 5, состоялась – полученный предмет можно сделать: неограниченной темой размышления собственной метафизической системы, основной идеей которой есть самоотображаемая самоприменимая логика, и её возможные свойства, попутно порождая из возникающих контекстов новые рефлексии. Например, мы можем а) определить из рефлексии о самой рефлексии принцип автологичности – самообращенности как самого мышления, так и самообращенности (самоотображения) и самообусловленности предметов, которые им рассматриваются как предметы мышления, и исследовать свойства автологичных структур как, по своей природе, самоопределяемых, т.е. самопроизводных. Кстати говоря, принцип автологичности предоставляет способ – в том числе – рассмотреть многочисленные «самообращенные» формы, термины или определения Гегеля, включающие «себе», «себя», «само», «самого себя».

Но самый интересный и неоднозначный момент, в связи с последними формами заключается в следующем. Гегель не объединяет, с одной стороны, представление и смысл, вытекающий из формулировки его самоопределяющейся Идеи как мышления на основе саморазвивающейся логики (Энциклопедия Философских Наук, §19) и, с другой стороны, смысл часто употребляемых им выражений, где присутствуют следующие  словосочетания с самообращенным содержанием: «для себя бытие», «для себя сущее»,  «в самом себе бытие», «приходит к себе в своем ином», «опосредствование себя с собой своим отрицанием», «моменты формы рефлектируют себя в самих себя», «определяя себя как основание, сущность происходит лишь из себя», «быть… самоотталкиванием себя в само себя» (последнее вовсе непостижимо! – но нужно верить, что такое возможно). Наконец, «я» – как бесконечный у него круг отношений самовхождения и самоотображения.

То есть: с единой позиции – по принципу образования и устройства – он не рассматривает: а’) само-определяемость Идеи и б’) совокупность перечисленных самообращенных определений, в том смысле, что они имеют общую «идею» возвратных отношений и внутренний образ как самоссылочные, самообусловленные, т.е. автологичные, образования.   Однако, как в автологизме, так и в указанных гегелевских структурах, и Идее в том числе, предположительно внутренние формирующие (задающие) схемы или «формы» – по своей логической структуре – должны, очевидно, быть идентичными.

Далее, возвращаясь назад к пяти пунктам, можно заметить, что б) переход, в нашем случае, каждый раз к отвлеченной рефлексии – переход, характеризуемый как  «взгляд со стороны (или сверху)» – есть, собственного говоря, переход к следующему уровню, выход мысли на  некий новый уровень рассмотрения (или с добавленным «измерением»).

Взгляд со стороны – это переход, ‘оснащенный’ вписанным в него таким неформализуемым, но креативным (эвристическим) приемом как «абстракция-догадка» (А-Д) 2. Например, пункты 2, 3, 4. и т.д. — формируются на основе взгляда со стороны и А-Д. Надо отметить здесь, что «взгляд_со_стороны», вместе с абстракцией-догадкой  –  это  рефлексия, как некая «автолектическая» форма мышления с порождением смысла.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что развитие такого рода философии, основанной на принципе авторефлексии т.е. самоотображении создаваемой системы и А-Д, (на примере совокупности шагов 1,2,3,…), может идти по многим направлениям – как «метатеоретическим», так и прикладным.

Логическая Идея Гегеля как самостоятельно развивающаяся самодетерминирующаяся логическая система

Гегель, как представляется, поддался обманчивому, по большому счету, «не подлежащему сомнению», убеждению о всеобъемлющей продуктивности самоотрицания (и «отрицательности» вообще), поскольку в антиподе самоотрицания, самоутверждении, взятом как деятельное, очевиден ничем не примечательный замкнутый круг, лишенный якобы (в представлении мыслителей и теоретиков)  »мысли» и конструктивности, как банальное никчемное образование или «пустая форма». Однако, есть уверенность, что действительность в своей онтологической основе подчиняется не диалектике «отрицания и конкуренции противоположностей», а принципу самоорганизации, с автолектическим методом: с кругом самосогласованности, самоутверждения и самоупорядочивания – т.е. с логикой самонепротиворечивого и безальтернативного стремления сохранения целостности и самовоспроизводства.

При этом ещё важнее – рассматривать сам процесс замыкания автологизмов, как восхождение на новый логико-смысловой (в итоге на новый структурный) уровень, откуда и на основе чего достигается усложнение: синтез и развитие структуры, состоящей из устойчивых, с циклической детерминацией, «зацелённых» композиций элементов предшествующего уровня.

Попробуем отдать должное синтетическому методу самоутверждения в виде применения идеи автологичности. Представим свой собственный ход рассуждений по возможной самоорганизации («становления», по Гегелю) его логической идеи, без дополнительного и непонятного экскурса во взаимоотношение бытия и ничто, представляя её определение-постулат как свою собственную затравку.

.

Логическая идея, с перспективой самостоятельного развития, была определена им в «Малой Логике» следующим образом:

«Логика есть наука о чистой идее… Идея есть мышление – не как формальное мышление, а как развивающаяся тотальность её собственных определений и законов, которые она сама себе дает, а не имеет или находит в себе заранее» (Г. Гегель, Э.Ф.Н., §19).

Несомненно то, что цитата является глубокомысленным, проницательным и удачным определением Гегеля, поскольку подразумевается, что никаких ‘заготовок’ и схем построения у чистой идеи заранее не имеется (кстати, это созвучно смыслу 1-го пункта из примера разворачивания философии в вводной части). Определение является, вместе с тем, определенным упорядочивающим ограничением, накладываемым на методическую широту проявления мышления и логики. То есть логическая идея, применяя креативную рефлексию-догадку, должна развиваться и действовать, используя (здесь уже априори применяется её заявленный принцип «давания себе») следующие выраженные в её собственном определении способы и моменты.

.

Логическая ИДЕЯ:

1 – Давание,

2 – самой себе,

3 – через мышление,

4 – соблюдая тотальность (всецелостность и всеохватность).

Первым «даванием» – из-за отсутствия предзаданности – как раз, с необходимостью, и является содержание выделенных из определения идеи пунктов («обращение на себя из себя «).

Пункт о тотальности предполагает, что логика как система мышления должна быть  самоохватной  по сфере проявления и сохраняющей логическую и смысловую целостность3. Это означает, что: «развитие», «определения и законы» и «давание себе» не должно приводить к рассогласованию, разупорядочиванию процесса развития логики и тем более к внутреннему самоотрицанию, как самопротивоположению, и «дезорганизации» идеи. И это принципиально для существования Идеи как целого.

Возможно, также, усмотреть ещё и другие аспекты. Например, само определение является первичным «законом». Также, «развитие» – собственно, это основной принцип самоорганизации: логики и мышления. Далее – «неформальность» поисковых моментов, что допускает такие приемы рефлексии, как абстракция-догадка.

Эти четыре пункта составляют ‘парадигму’ новой логики, а именно, автологичность: самообусловленность и самопорождаемость. Например, «давание самой себе», в контексте развития, открывает такое свойство или принцип, как самоприменимость, а в более развитом виде, самовыводимость логики как метафизической теории; и можно уже, в том числе, исследовать характер, логику и качественные особенности самоприменимости. На основе указанных моментов, как представляется,  должна выстраиваться содержательная и непротиворечивая логика и наука о ней.

Это естественный, хотя и весьма неочевидный путь (т.е. с применением с первых шагов восходящей рефлексии). Но Гегеля, имеющего на руках готовую и реальную стартовую ситуацию, странным образом унесло в другом, побочном, направлении:  изыскании непредопределенного непосредственного, типа, чистого знания или бытия, вместо разработки непосредственно самой чистой идеи. Тем самым он «идеологически» и концептуально оторвал  её от задумки саморазвития её самой, как предмета, данного им в исходном определении, заменив на бесславное тождество «чистого бытия и ничто».

В противовес его же подходу про чистое бытие оказывается цитата самого философа из 2-й книги Науки Логики – «Учения о сущности» (глава «Основание», п. ‘Примечание’), которая так же характеризует, на мой взгляд, требуемый подход к  Идее, соответствующий авторефлективности и самоссылочности в её определении: «в положении об основании находит свое выражение существенность рефлексии в себя в противоположность чистому бытию» (выделил Истодин). (Т.е. выходит, не чистое бытие, в первую очередь, должно рассматриваться, а собственные самоотображение и предполагаемая самоопределяемость обсуждаемой Идеи.)

Можно было и необходимо разбираться в свойствах и предметном содержании каждого выявленного пункта, как и в свойстве самоприменимости и самопорождения идеи в ‘форме’ мышления. Однако философом было выбрано, на мой взгляд, также стороннее, можно сказать, фигуральное и неадекватное, в описанной им у себя ситуации становления, – понятие отрицания, отрицательности. Как один из примеров: он называет мышление «отрицанием непосредственно данного». Вполне очевидная умозрительная формальность, придающая, возможно, лаконичность или изысканность формулировкам.

В самом деле, на первом этапе, идея  как мышление, исходя из её собственного определения, — отрицанием себя или чего-либо, в буквальном, фактическом смысле – не является. (Если имеется непосредственность мышления, то оно является «развивающейся тотальностью её собственных определений и законов», которые она, согласно ситуации, порождает «в здравом уме» – без двусмысленности, и вбирает, а вовсе не «застревает» в противопоставлениях.) По определению с самого начала отрицательности не имеется, как и не имеется её предпосылок, следовательно, отрицательность вводится искусственно, в последующем; но и в последующем совсем неоднозначны предпосылки её введения. Тут дело, как представляется, в другом: «отрицание», изначально как умозрительное и фиктивное отношение, как метафора возводится «где надо» в отрицание фактическое, низводящее; тем самым подгоняется под определенные потребности.

.

Заключение

По поводу метафизики в постижении философии.

Если рассматривать понятие авторефлексии, т.е. «размышление о размышлении» как самодостаточный ноумен (а точнее, нумен), то в его автологичной тождественности – в самом по себе как нераздельном единстве – можно отметить три аспекта: размышление как предмет, размышление как действие, направленное на предмет и размышление как субъект (триадическое деление здесь не обязательно единственное.) Эти аспекты или моменты понятия, хотя и не выделяемые в чистом виде, находятся между собой в определенных логико-смысловых отношениях. Эти отношения и их зависимость друг от друга можно описать с помощью обобщенной причинно-логической связи.

В связи с этим концепцию с развитием логической идеи в представленном изложении и, имея в  виду особенность и характер Первопричины, после теоретической проработки и формализации с созданием «Аксиоматики мета-физики«, следует определить как метатеоретическое знание, то, что , с применением измененной орфографии, можно назвать мета-физикой.

После такой проработки возникло понимание, что имеется   начало мета-физики как теоретического знания, обладающего элементами научного подхода.

.

.

Примечания.

1. «Автологичный» (ближайший аналог «тавтология», «тавтологичный») – имеется в виду самотождественный, но тождество, в отличие от пустой тавтологии, здесь не в формальном абстрактном смысле, а содержательное, при котором предмет (вещь, логика, идея, принцип, понятие) обусловливает сам собой собственную достоверность, объективность или существование. Другой момент – понятие «автологичный» подразумевает самоопределяемый, а, в идеале, в смысле восходящего продвижения самоорганизации, — «самодействующий» и самопорождаемый.

2. Абстрагирование есть особый вид познания размышлением (рефлексии) – теоретическое построение. С теоретическим мышлением также связан способ, так сказать, неформализованного логического вывода – «взгляд сверху, взгляд со стороны». Но взгляд сверху предоставляет возможность порождения «абстракции-догадки». Абстракция-догадка позволяет получить единый смысл, выражающий понимание той структуры мысли (мыслей), на которой как основании и источнике возникла эта самая догадка. Смысл может быть узнаваемый, но  может быть смысл порождаемый вновь – такой смысл не сразу дается, поскольку он совершенно новый и ничего подходящего из памяти и опыта на ум не приходит. Ситуация с новым смыслом скорее всего соответствует «открытию».

3. С учетом самоопределяемости и самоприменимости, идея сама в самой себе подразумевается как:

– идея – это самодействующая логика (процесс),

– идея, как предмет действия логики,

– идея, как субъект манипуляции предметом.


Рубрика: Без рубрики | Комментировать

Первопричина как мета-физическая реальность.

Первопричина как мета-физическая реальность.

(О первичной самоорганизации Универсума. Метатеоретическая оценка креативности).

Часто возникает разговор о первопричине сущего и её характеристике. Но глубоко или принципиально, с точки зрения её возможной самореализации, эту тему не рассматривают. Здесь первопричину предлагается представить не в плане описания определенной сущности и ее внешних проявлений, а теоретически – с точки зрения её внутренней логики и динамики, определенных в понятиях причинно-следственного детерминизма. А также отразить её «сверхрациональную» нетривиальность и генетическую мощь.

Исходя из представления, соответствующего её названию, т.е. причины, всему предшествующей, до неё нет, не существует ничего как организованного, оформленного содержания или как наличного бытия. Она является тем, от чего всё должно исходить.  В том числе, и это принципиально – она сама является относящейся к этому «всё» –  и это последнее  положение должно относиться непосредственно к ней самой, определять её природу. Иными словами, определенным образом ее возникновение должно «согласовываться ею самой» по отношению к себе – быть самосогласованной, то есть первопричина должна быть и  самотворимой, самосотворенной. (Следует заметить, если, предположительно, первопричина возникает под воздействием неких сущности или начала, то рассмотрение должно перейти к данному началу как первопричине, и т.д., – окончательно к безначальной первопричине.)

.

Общее представление

Разберемся с такого рода первопричиной более подробно. Первопричина, что очевидно, должна быть креативной (созидающей) и самодействующей. Иными словами, первопричина как определённая и предметная – не безлика, она несет в себе, условно говоря, форму и содержание. При этом содержание первопричины реализуется в форме её проявления. Таким образом, можно сказать, что  её форма, исходя из понимания сущности, выражается в самодействии, а содержание – в самокреативности (всеобъемлющей «самотворимости» – как самой себя, так и «внешних» образований, поскольку для последних первопричина не флюид, а логический принцип).

Самодействие определяется первичностью, а всеобъемлющая  »самокреативность», как уже сказано, понимается в том смысле, что не только должна обеспечить порождение всё усложняющегося разнообразия «наличного бытия», но и быть тем механизмом, который обеспечил возникновение самой первопричины. И эта особенность – «не ведающей» своей направленности  причины – выявляет для нас стремление, тенденцию, кажущейся бесцельной, – тенденцию «развития» в самой себе: самотворения. Иными словами, тот принцип, который сотворяет все остальное, должен быть изобретен, порожден, с одной стороны, как принцип порождения самой первопричины,  её содержания и, с другой, — как это ни абсурдно, на более высокой ступени — самого себя (т.е. принципа самотворения – в этом и кроется принципиальный и «таинственный» момент). Т.е. не иначе, как в момент порождения первопричины Причем, с учетом того, что из-за необходимости взаимного возникновения одного условия прежде другого, получается как бы порочный круг неразрешимости. Это говорит о том (следует из того), что он, как для себя первичный, не имеет возможности возникнуть в результате детерминированного процесса: а только при непредсказуемом заранее стечении условий и обстоятельств. Но этого представления, как оказывается, еще не совсем достаточно.

.

Специальное представление

Другой необходимый момент – динамизм креативности.   Принцип порождения самой первопричины подразумевает под собой некий предварительный «творческий потенциал» (ТП) субстанции, в которой он проявляется. Поскольку такому потенциалу для порождения разнообразия универсума, именно как основы самодействующей креативности, изначально невозможно проявиться, то он должен возникнуть как необходимый аспект (свойство) первопричины. Иными словами, первопричине должно быть присуще такое свойство самокреативности, в результате которого, как было сказано, сформируется как сама первопричина, так и принцип самовозникновения всех аспектов: и ТП и самодействия. Но не только возникновение самодействия, но и свойство изначальной активности, «инициативности» самодействия. Это самодействие, в свою очередь, будет продляющейся на последующие этапы тенденцией творческого потенциала, динамическим продолжением (в плане неуёмного самотворчества) той креативной «порождабельности» (генеративности) как принципа действия – иными словами, самотворения, взятого самого по себе, в своей принципиальной основе. Это будет означать  тенденцию развития и совершенствования собственно ТП. (Если сравнивать, скажем,  с человеком, то аналогично сказанному в нем на ментальном уровне заложено стремление к самосовершенствованию, реализующееся через любознательность и самоозадачиваемость. Причем, человек может развивать и совершенствовать подходы и методы своей любознательной деятельности).

В связи с этим, первопричина должна формироваться уже с врожденным будущим  принципом (и потенциалом) креативности, «творабельности», который приводит к её возникновению. Понятно, что весьма и весьма не просто такое себе представить, но высказанное не абсурдно: все заключено в простоте реализации принципа «само», который является следствием действия принципа причинности, (в том случае, когда самопроизвольно образуется возможность проявления последнего). Это также неотъемлемый аспект «появления» первопричины.

.

С учетом безначальности, врожденность должна возникать вместе с возникновением первопричины. Таким образом, она, первопричина, а) в первую очередь по самой своей сущности неудержимая, «необузданная» самокреативность;  б) возникает в результате «квазиопережающего» проявления самокреативности (т.е. когда сложатся условия для структуры связей «само»); в) развивается как самокреативность в виде активного самодействующего принципа саморазумения (как логической формы или логоса) и г) основополагающим принципом является принцип причинности. При этом, что существенно – происходящего в виде принципа саморазумения (по типу «воли» или «духа»), реализующегося через воплощаемое им то или иное наличное бытие, и проявляющегося самодействия в логике поведения последнего. Т.е. подразумевается, что сей принцип реализуется в некоем носителе.

В несколько ином плане – в более высоком представлении — это должно быть творчество, точнее, творческое начало как самоопределяемая неустанно развивающаяся нуменальная (надматериальная, но без материального носителя не способная реализоваться) сущность, творчество, развивающее в первую очередь само себя, свой собственный творческий потенциал. (Этот вывод следует из того, что первопричина априори не может «ведать» своей направленности, кроме направленности на себя.)

Такую сущность можно назвать субстанциональной основой (или, как в таком случае полагают, божественной сущностью), логической формой всякого творимого.

Нужно при этом подчеркнуть, что эта логическая форма, несмотря на свою спонтанную невыраженную детерминированность и примитивность, позволяет развиваться подчиненному ей субстрату в сложные, иерархические структуры, как материальной (энерго-информационной), так и нуменальной («надматериальной») природы и в результате образовывать гигантские многомерные структуры типа сложноорганизованного космоса. (Сложноорганизованного, в том числе, на микроскопическом уровне.) Развиваться, синтезируя, путем замыкания, самоподдерживаемые (автологичные, самовоспроизводимые) образования, которые будут являться субстратом для последовательного производства новых автологичных структур на последующих иерархических уровнях и т.д.

В связи с этим можно, фигурально выражаясь, сказать, что творческий потенциал,  скрытый в некоем абсолюте преобразуется – первопричиной, на основе этого абсолюта возникшей, –  в логос, в своеобразную квазиформализованную  логическую, внутренне нетривиальную, структуру. Эта структура является онтологически реальной абстракцией (доинтеллектуальной ментальностью), которая не может быть выделена в чистом виде, но объективной, так как имеет автологичную нуменальную природу (самостоятельную), аналогичную смыслу.

Похожее соображение, как иллюстрацию всему сказанному, мы находим у Гегеля: «Развитие бога в нем самом есть тем самым та же логическая необходимость, что и логическая необходимость универсума, а универсум божественен в себе лишь постольку, поскольку он на каждой ступени есть развитие этой формы» (Гелель, Философия религии в 2-х томах. Т.1// Лекции по философии религии, М.: Мысль, 1976, с.292.)

.

Добавление

Интересен, также, следующий аспект. Первопричину, с логической стороны, можно представить как начало, отправной  момент самовыводимой теоретической концепции. При этом требуется включить в логический набор для описания предполагаемой теории правила и законы «неформализованного» логического вывода – перехода на новые логико-смысловые мета-теоретические уровни. Тогда первопричину в своем развитии – в качестве логоса  как самодействующего принципа – с теоретической точки зрения можно представить как мета-теорию, описываемую самовыводимым, непосредственно неформализуемым, но в целом детерминистичным — т.е. логичным по результативности, апостериори – интеллектуальным формализмом. Причем, мета-теорией, являющейся, как следует предположить, теорией самого себя (самой себя). В силу этой самой самовыводимости он есть сущее. (Под «неформализуемым детерминистичным формализмом» подразумевается образование нуменов путем самоотображения с выходом на новый уровень, с помощью непредсказуемого, но неизбежного замыкания причинно-логических кругов – логической «формы» нуменов.)

.

Самокреативность и самодействие передается как потенциальное свойство, (как «духовная» сверхматериальная субстанция логической природы), как «форма» или действенный образ первопричины порождаемым объектам наличного бытия и обеспечивает принципиальное свидетельство происхождения от неё. Собственно, это есть сама первопричина, трансформирующаяся в новые развитые (с неизменной логической схемой) нуменальные формы и структуры. При этом первопричина является не конкретным наличным бытием, но принципом, обладающим онтологическим  статусом, реальностью (т.е. не только лишь правдоподобным измышлением), хотя и выявляется умозрением. (Кстати, в самокреативности заложен потенциал «благосклонности» первопричины к своим созданиям и безмятежности их существования.)

В первопричине (божественной сущности) творчество есть «имманентное определение» и все аспекты творчества являются и средством, и целью.

При всем при том самокреативность и самодействие должны, как уже сказано, обладать логикой, основанной на причинно-следственной зависимости, происходящей, «вырастающей» из понятия принципа «само», который есть основа первопричины.  В связи с этим вполне естественно предположить, поскольку берется первопричина (предполагающая причинение), что такая логика должна быть самообусловленной, самоопределяемой, «самоуправляемой», самоутверждающей. Это  обстоятельство определяет необходимость легализации, восприятия теоретиками замкнутых причинно-следственных цепочек и таких же цепочек логического следования  (в целом обозначаемых как ПЛС-круги со свойством циклической детерминации), которые реализуют свойство «само» –  т.е. самообращенности, самоопределяемости, самодетерминируемости, автологичности. (Об этом можно дополнительно посмотреть в работе, в которой рассматривается так называемая «Аксиоматика причинности«).

Структуру (организацию) самообращенности, самообусловленности, как и самоприменимости, с точки зрения логики, можно назвать автологизмом.
Как предполагается, в  логике, включающей автологизм, – а в целом логики, обусловленной первопричиной, – по определению не должно возникать форм и структур самоотрицания, конфликтного противопоставления, неоднозначности; это может выражаться в действии так называемого принципа однозначности или достоверности.  (В результате нарушения последнего, становятся апостериори нелогичными, бессмысленными, противоестественными – то есть за пределами действенности логики всеобъемлющей первопричины – хотя теоретически возможными, такие ситуации, как парадокс лжеца и условия доказательства теорем Гёделя о неполноте и противоречивости.)
Мы употребляем выражение «замкнутый круг» («порочный круг»), не придавая ему никакого особенного значения. На самом деле это похожая на логический подвох нетривиальная банальность, по умолчанию воспринимаемая теоретиками ниже уровня научной строгости или теоретической беспристрастности, лишь при мета-физическом размышлении, допускающем логику автологичности (наподобие ‘спекулятивной’ логики в философии Гегеля) делает это понятие и его структуру предметом рассмотрения. В автологизме перед нами совершенно чистое мета-синтезированное образование (самоотображение).

Рубрика: Метатеоретическая физика | Комментировать

Аксиоматика причинности (дополнение1)

Продвижение аксиоматики причинности.

.

В аксиоматику причинности мета-физики без определения была введена эвристика: «взгляд сверху» (или взгляд со стороны), т. е. абстрагирование от непосредственности содержания и выявление сути – формирование своего рода образа, который представляет за явлением некоего «фигуранта» нуменальной природы). Данный прием удостоверяется апостериори, так как может образовывать креативные ПЛС-круги со своим участием на самом верхнем уровне аксиоматики причинности и влиять на её структуру.

Попробуем, следуя сказанному, взглянуть сверху на вытекающую из аксиомы замкнутого круга повторяемость последнего. Такой взгляд позволяет ввести принцип повторения и соответствующее ему новое качество: прием или метод, известный как «итерация». Когда на основе ПЛС-круга итерация производится непрерывно, в принципе проявляется не только итеративность, но и возникает любое новое свойство или качество, определяемое предметным (т.е. непосредственным) содержанием нумена. Иными словами, то, что активизирует итерацию в процессе повторения, производит или образует в нуменальной сфере (на мета-уровне) самоопределяемую предметность нового уровня (смысл, ‘объект’, ‘вещь’, сущность, понятие). Можно сказать, что выявляется объект-нумен . Этот прием выявления нуменального объекта или иногда новой сущности, при взгляде сверху – т.е. при метатеоретическом рассмотрении, – можно назвать принципом абстракции-догадки (сокращенно ДГ), который позволяет в процессе познания образовать и признать за нуменом новую логико-смысловую единицу – определяющую объект мета-физической сферы (обозначим эту единицу символом Н – нумен, как представляющий логическую единицу). Предметность нумена может представлять собой не только «объект», но и прием или метод. Введя дополнительно соответствующие обозначения – для итерации как «И«, – можно предложить запись в виде формулы.

.

ДГ(И) Н

.

Это означает следующее: выход, действие итерации, через абстракцию-догадку переводится в смысловую единицу (предмет), доступный логическому манипулированию. Т.е. взгляд сверху приводит к выявлению предметности.

Примечание: «предметность» – то, о чем можно составить представление, осмыслить; нечто, соединимое с удостоверенным, устоявшимся знанием.

.

Надо сказать, что на основе итерации возникает метод устного счёта с порождением чисел натурального ряда. Причем, для устного счета ничего не нужно привлекать со стороны, достаточно принципа итерации и действия фиксации в уме каждой завершенной итерации. Ведь при выведении пошагово натурального ряда она является как абстрактным субъектом, осуществляющим действие повторения, так и собственным объектом, который подсчитывается на каждом шаге. Это очевидно, так как каких-либо непосредственно созерцаемых предметов (пальцев, камешков, узелков) при устном счете не используется. (Правда, необходимо изобрести цифры и систему счисления.) Здесь уже можно увидеть основания арифметики натуральных чисел и построить соответствующую аксиоматику (например, как альтернативу уже известной, полученной на исчислении предикатов).

.

.

Методика познания на основе взгляда сверху или ДГ

.

Применяя ДГ, мы получаем новую предметность. Эта новая предметность, как логический объект, может участвовать в разного рода логико-смысловых отношениях, которые, зацикливаясь через ПЛС, в свою очередь могут образовывать новую нуменальную предметность того же или более высокого уровня. Как можно предположить, процесс именно такого спонтанного порождения может повторяться. Используя представление о ПЛС-звеньях, попробуем всё вышесказанное схематически выразить в формулах (в которых участвуют ДГ, Н, И).

.

1) ДГН, (ДГ позволяет выявить Н; в познавательной деятельности это смысл);

2) Н И, (если образован Н, можно заключить, что сделан шаг итерации);

3) И ДГ, (шаг итерации, как фигурант, непосредственно на уровне данных звеньев дает смысловую единицу, которая, погруженная в познавательные структуры, позволит в результате замкнуться в них очередному, на предшествующем уровне, предметному ПЛС-кругу и повторение в нем вызовет в последующем ДГ).

.

Видно, что череда из 3-х этих ПЛС-звеньев сами образуют ПЛС-круг. (Предполагается, что эта структура может быть определена как логос.) Еще упрощая, опустив одно звено, можно сказать, что прием абстракции-догадки приводит к итерации, а итерация, в свою очередь, при взгляде сверху, к новой догадке. Это может означать, с использованием приема ДГ, что это представимо не только как логос, но и на основе последнего как самоорганизующееся развитие (развитие в целом как система).

Казалось бы, что метод ДГ не формализуем (не рационален), так как возникновение абстракции-догадки ни по ситуации (по контексту), ни по времени случайно, непредсказуемо, но несмотря на это, тенденция к порождению новых объектов мета-сферы (при взгляде сверху) так или иначе будет проявляться. Так что, рациональность в каком-то особом виде здесь присутствует (как ‘неопределяемая разумность’).

.

В этой тенденции также можно усмотреть уже качественно новый пошаговый итеративный процесс: появление одной ДГ влечет рано или поздно появление следующей. Иными словами, применяя принцип итерации в последовательном, метатеоретическом, использовании ДГ при образовании новых логико-смысловых единиц на основе тех, которые были получены через ДГ ранее, мы получаем новый предмет – определенную методику познания. Это, также, означает, что выявление методики познания, в которой применяется ДГ произошло с помощью ДГ на другом теоретическом уровне, а в связи с этим замкнулся ПЛС-круг самоссылочности ДГ. Такая самоссылочность аналогична той, которая была выявлена с помощью теоремы самообусловленности замкнутого круга причинно-логического следования и ДГ является своим собственным — т.е. самоопределяемым — предметом. (Получается, что ДГ образует как бы основу неформального, более высокого порядка мышления.) Возможно, это составляет логическую структуру универсального логоса (универсального в том смысле, что предопределяет не только и самодетерминацию и самоорганизацию, но и развитие творческого потенциала).

Аналогичный по своей логической структуре итерационный процесс восхождения может, мета-физически обусловливая структуризацию и усложнение, происходить и в физическом мире; только там нуменальный объект появляется в результате «мета-синтеза» или так называемого самоотображения.

.

Взгляд сверху можно представить как ‘автолектическую’ форму мышления (если рассматривать известную всем альтернативную – противоположение и синтез с отрицанием отрицания – как диалектическую форму). Делая определения при взгляде сверху, интеллект онтологизирует некую предметность, порождая автологизм в виде смысла.

.

Подытожим. Функционал итерации, порождая неявную предметность, позволяет, для выявления последней, применять ДГ, а ДГ, в свою очередь, в логическом следовании с функционалом, является (непредсказуемым) итеративным шагом в познании, вызывающем функционал итерации. (Пока не будем обращать внимание, что итерация здесь входит ‘сама в себя’, т.е. одновременно присутствует в двух своих ипостасях: субъекта и объекта. В частности, как отмечено выше, позволяет создать методику устного счета.) Таким образом, ДГ и итерация связаны через взаимную детерминацию, следовательно, в этой циклической детерминации обнаруживается другого рода «функционал», который может свидетельствовать о некоей мета‑теоретической самообусловленной сущности. Эта сущность выражает нуменальную реальность, «объект» (понятый, опять же, через ДГ) как единство познавательного стремления с порождаемым им знанием. (Попросту говоря, «гения разумности», включенного, например, в интеллектуальную деятельность человека.) Эта сущность реальна, поскольку познавательная способность деятельна. Другой момент – проявление её апсихичного прообраза в материальном мире до появления разума человека можно было бы, как это принято, назвать нус’ом или логосом (саморазумением).


Рубрика: Метатеоретическая физика | Комментировать

Взгляд на спекулятивный метод Гегеля через формализм самодетерминации и самообусловленности.

Взгляд на спекулятивный метод Гегеля через формализм самодетерминации и самообусловленности

Содержание.

1. Общие соображения.

2. Конспект Феноменологии духа с комментариями.

3. Пояснения по терминологии.

4. Продолжение комментариев.

5. Пример формализации спекулятивной логики.

6. Заключение.

«Истинным же может быть признано содержание лишь постольку, поскольку оно опосредствовано не чем-либо другим, … но опосредствует себя самим собой и, таким образом, есть в одно и то же время опосредствование и непосредственное отношение с самим собой».

(Гегель, ЭФН, §74.)

«Он (метод – Итдн.) не есть нечто отличное от своего предмета и содержания, ибо именно содержание внутри себя, диалектика, которую оно имеет в самом себе, движет вперед это содержание».

(Гегель, Наука логики.)

Существенным, ключевым моментом Гегель считает такой критерий истины, который свидетельствует о том, что понятие вещи, предмета или содержания должно находиться в полном согласии со своей действительностью, так называемое, «единство понятия и реальности».

Справедливо считая вышеприведенные положения ключевыми, можно заметить, что для выражения мысли в них используется тип отношения, который можно назвать самоссылочностью, самоприменимостью, а в целом, самодетерминацией. Соответственно этому, у Гегеля можно найти значительное количество подобных выражений и определений.

Традиционно считается, что замкнутый (логический) «порочный»  круг, лежащий в основе самодетерминации и самоссылочности – «величайший образец безмыслия». Можно ли разобраться и выяснить (коль скоро Гегель им неограниченно манипулирует): содержит ли такое отношение, такая зависимость какую-то содержательную не банальную логику и оценить следствия, вытекающие из рассмотрения такой логики.

Надо сказать, что интерпретировать изложение феноменологии духа в том же представлении предмета и методологии раскрытия его содержания, что и у Гегеля (особенно, если взять его первый текст «Феноменологии духа» от 1807г.) было бы совершенно непродуктивным из-за изощренности своеусловных и неоднозначных, на современный взгляд, построений и выкладок философа (или из-за невозможности подняться до тех же высот проникновения в предмет) и не добавило бы необходимой простоты и ясности в расшифровку его представлений и объяснений. Главное отличие предлагаемого подхода, на мой взгляд, это попытка показать адекватную структуру отношений, определяющих природу и сущность рассматриваемого предмета, не раскрываемых Гегелем.

В математике, точнее в метаматематике, при рассмотрении некоторой формальной аксиоматической системы используется принцип «интерпретации» (или построения «частной реализации»), когда абстрактные положения, выводы и следствия такой системы истолковываются в сфере знания, менее абстрактной, более предметной и приближенной к эмпирическим знаниям. Совершенно определенно можно предположить, что кроме давно изученных аспектов  диалектики Гегеля, в его системе имеется скрытая логика самоссылочных с самодетерминацией логических конструкций. В связи с этим есть основания считать такую логику проявлением, частной интерпретацией более абстрактной логической системы с собственной аксиоматикой. Независимая попытка построения такой аксиоматики, которая использует принцип самодетерминации, была предпринята  (http://ystodin.trinitas.pro/?p=91 )

В основе такой логики — представление о самообусловленном круге причинно-логического следования (ПЛС), имеющем двухуровневую логическую структуру. Предполагается, что такой круг представляет собой реальное, описываемое на  мета-теоретическом уровне, образование, характеризующееся циклической детерминацией, в результате которой могут самостоятельно существовать устойчивые структуры взаимодействий, отношений и логико‑смысловых связей, которые устойчивы именно из-за наличия циклической детерминации (ЦД), определяющей их логику. При этом, в круге циклической зависимости образуется новое измерение, которое определяет новый, из уже имеющихся, уровень мета-сферы. (О мета-сфере и мета‑реальности,  как о структурно-информационных многоуровневых организациях высокой степени абстракции, но без феномена самообусловленности и ЦД, определенно и развернуто говорил А.В. Напалков.) Возникающий в этой сфере логический субъект (нумен) является как объектом (предметом), так и действием (отношением) между субъектом и объектом (см. приведенные выше цитаты). Субъект – у Гегеля он соответствует «понятию» – на верхнем уровне, представляет, отображает целое, а объект, в их отношении или взаимодействии, представлен как «ссылка», через ссылку на всё целое из предметной структуры целого (из его определения). Это можно назвать принципом самоопределения и «самоописания».

Такая же логика, если основываться на структурном логическом сходстве, должна присутствовать и в самоприменимых и самоссылочных смысловых определениях и конструкциях, встречающихся у Гегеля.

В этом смысле примечательно и наиболее соответствует идее самодетерминации, с учетом прогресса до возможности «самопознания», его определение логической идеи: «Идея, есть мышление – не как формальное мышление, а как развивающаяся тотальность её собственных определений и законов, которые она сама себе дает, а не имеет или находит в себе заранее». (Ф. Гегель, ЭФН, §19.) Поэтому в логике Гегеля присутствует форма тождества (в соответствии с предложенной мета-физической концепцией) – «автологизм», в которой нечто в одном контексте тождественно самому себе, а в другом – различно от самого себя, представляя по сути одно и то же, откуда и возникают многие замысловатые моменты диалектики и потребность «спекулятивного мышления».

На основе таких соображений дальше предпринимается попытка интерпретировать некоторые положения концепции феноменологии духа, Ф. Гегеля.

Текст, называемый «Феноменология духа», здесь цитируется не по объемистому изначальному труду с одноименным названием, а соответствует имеющемуся в Интернете конспекту, собранному на основе содержания третьего тома гегелевской Энциклопедии философских наук – «Философии духа» – цитируется просто из-за лаконичности и обозримости формулировок.

[Гегель Фридрих. Феноменология духа]

(цитаты с комментариями)

(§381)

«Для нас дух имеет своей предпосылкой природу, он является ее истиной, и тем самым абсолютно первым в отношении ее».

(ХХХ. Первичность и истинность можно представить себе так, что дух «заигрывался» (и заигрывается) сам с собой, реализуясь через некую материальную наличную субстанцию, как свой носитель, и в результате воссоздается природа и космос. Из предшествующих параграфов  следует, что «всякая деятельность духа есть… только постижение им самого себя… Чего-либо совершенно другого для духа не существует» (§377). В концепции мета-физической реальности, это представляется как самоадаптация и восходящая самодетерминация Универсума.

С формальной стороны мы видим здесь ПЛС-круг: природа предпосылка духа, а дух, в свою очередь – первичен для неё.   – Итдн.)[1].

«В этой истине природа исчезла, и дух обнаружился в ней как идея, достигшая своего для-себя-бытия, — как идея, объект которой, так же как и ее субъект, есть понятие».

(ХХХ [2]. Здесь естественно предположить, что объект и субъект: она сама (достигшая «для_себя_бытия»). Такой феномен понятия реализуется как автологичное образование (по принципу самодетерминации)  – где (а) объект, как предмет действия, (б) субъект, осуществляющий действие и  (в) собственно действие является само по себе одним и тем же. Понятие (здесь фигурирующее как понятие в «досознательной» форме) – правильнее было бы определить как нумен. Нумен – онтологически реальная (не только умозрительная) абстракция, самосинтезированная «мета-реальность», представляющая идеальную основу (в некотором смысле по Платону) предмета или вещи. Мета-реальность – той же природы, что и понятие, обнаруживаемая хотя и умозрением, но самостоятельная. Подробнее: http://integral-community.ru/forum/viewtopic.php?p=1182#p1182Итдн.). Это так же утверждается и самими Гегелем: «Это всеобщее в вещах не есть нечто субъективное, принадлежащее исключительно нам, а в качестве ноумена, противопоставленного преходящему феномену, представляет собой истинное, объективное в самих вещах» (Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук: В 3-х томах. Т. 2. Философия природы. М.: Мысль, 1975, с.19 – Далее формат ссылок: ЭФН, § [,стр.] )

(§385)

«Развитие духа состоит в том, что он существует:

I – в  форме отношения к самому себе; что в его пределах идеальная тотальность идеи, т.е. то что составляет его понятие, становится таковой для него, и его бытие состоит в том, чтобы быть у себя, т.е. быть свободным, — это субъективный дух».

(ХХХ. «Быть у себя» и, следовательно, «быть свободным». Здесь ключевое: «форма отношения к самому себе». Это форма существования как автологичного нумена. Представить себе сущность такого отношения  весьма не просто, но можно. Например, есть форма беспредикатных («неконкретных» по форме) определений. Скажем «Понимание – это понимание того, что данное высказывание про понимание понятно» (т.е. принимая его как форму). Или: «Итерация, см: «Итерация» (единство понятия и существования, «понятия и реальности»). А также, «знание о собственных знаниях», «разумение о своей разумности» и т.п. Такие определения двухуровневы (двухконтекстны). Смысл таких автологичных образований (и соответствующее «самопределяемое» понятие), в процессе своей реализации и взаимообусловливания   контекстов, как бы «пребывает у себя», т.е. независим в силу автологичности (как бы «себе на уме») и, следовательно, неограничен, свободен. Как возможный натуральный пример, – самостоятельно играющий ребенок.   – Итдн.)

«II – в форме реальности, как подлежащий порождению духом и порожденный им мир, в котором свобода имеет место как наличная необходимость, – это объективный дух».

«III – как в себе и для себя сущее и вечно себя порождающее единство объективности духа и его идеальности, или его понятия, дух в его абсолютной истине – это абсолютный дух».

(ХХХ. Это единство, в его автологичности, определено как «циклическая детерминация» — замкнутый круг в связи двух контекстов, определяющих: на низшем из 2-х уровней объективность (предметность, «наличная» по Гегелю,  не обязательно вещественная), на другом – идеальность или понятие как мета-реальность относительно сопряженной с ней объективностью. (Абсолютно истинный – потому что неразрывное через взаимообусловливание единство: понятия, выраженного и порождаемого через существование, с существованием, предопределяемого «понятием» – полное «согласие с самим собой».) Как натуральный пример – сознание себя как играющего, такого, что по собственной инициативе. – Итдн.)

«Дух существенно есть только то, что он знает о самом себе. Первоначально он есть дух только в себе;»

(Представим эту ситуацию, на примере представления об аксиомах с точки зрения мета-теории, в которой (как и везде для аксиом) принято неявное мета-теоретическое «положение» (постулат) о том, что аксиомы истинны. Это положение, как оно обычно применяется или определяется  –  изначально «в себе», поскольку это произвольное, условное допущение, содержащее подразумевание («знание») о себе, и потому что достоверность его недоказуема, но субъективно истинна. (также см. далее) – Итдн.)

«…его становление для себя составляет его осуществление. Но духом для себя он становится только через то, что он себя обособляет, определяет себя, или делает себя своим предположением, своим другим, прежде всего относя себя к этому другому как к своей непосредственности,…»

(ХХХ. В состояние «для себя» – продолжая предыдущий пример, – метааксиоматическое положение переходит, когда мы примем, что указанное выше положение (что аксиомы истинны) само по себе является аксиомой; соответственно, на этом основании можно определить «мега» или сверхаксиому: «все аксиомы истинны» (т.е. мы проводим некое «опосредствование»). Т.е. указанное положение предположено (объявлено) аксиомой и стало для себя «своим другим»(?) и, вместе с тем, находит себя в «мета-значении» в формуле этой сверхаксиомы. Но в то же самое время, оно находится «у себя», поскольку является аксиомой по определению – как и все другие аксиомы. Следовательно, положение «определяет себя» становится «для себя», а также в отношении себя: безусловно и совершенно достоверно. И эта достоверность не зависит (теперь уже) от каких-либо внешних соглашений, а следовательно, оно свободно, по Гегелю – и в этой независимости он, также, подразумевает «обособление». Такое преобразование, по терминологии Гегеля, можно назвать опосредствованием. И в виде определения как аксиомы, положение стало «своей непосредственностью». Из этого комментария ясна автологичность и мета-физическая двухуровневость.

Все эти рассуждения можно формализовать и записать, с учетом данной специфики, с помощью несложных обозначений в символическом виде, наподобие формул, используемых в метаматематике или логике. Пример возможной формализации представлен в конце текста. – Итдн.)

«…но в то же время и снимая его как другое. До тех пор, пока дух находится в отношении к самому себе как некоему другому, он является только субъективным духом, духом, берущим свое начало из природы, и первоначально только природным духом».

(Предметность духа, вытекающая из его природности, по отношению к нему самому как идеальности этой самой предметности, есть его «другое». Причем, «идеальность» в то же время есть проявление самодеятельной динамики этого его другого, или самоотображение предметности в нем самом с генезисисом нумена как идеальности в результате, в контексте мета-уровня.

«Природность» же, в случае с мета-аксиоматикой, скорее всего в том, что исходящее из эмпирических представлений, полагание непосредственной достоверности аксиом есть факт (единообразного) соглашения в различных «аксиоматических» системах. – Итдн.)

«Но вся деятельность субъективного духа сводится к тому, чтобы постигнуть себя в себе самом, раскрыть себя как идеальность своей непосредственной реальности».

(ХХХ. «как идеальность непосредственной реальности» – выйти на мета-уровень. Как раз об этом и говорилось выше: что дух «заигрывается» сам с собой и через природу «выстраивает» идеальность и постигает себя, развиваясь, структурно усложняясь в ней. «Идеальность» здесь – это нуменальная мета-физическая для нас, форма наличной реальности, фигурирующей в новом измерении (измерении в метатеоретической сфере), и дух как автологичная целостность есть нумен, её усложняющий – в итоге себя – см. ледующую цитату. – Итдн.)

Субъективный дух (§387)

«Дух, развивающийся в своей идеальности, есть дух познающий».

(«Развивающийся в идеальности» несомненно означает именно в нуменальной сфере, многомерной многоуровневой сфере мета-реальности, где фигурируют «понятия», носителем для которой первоначально является вещественная субстанция или исходные флюиды «тонкой материи». При этом мета-реальность имеет динамическую природу. – Итдн.)

«Но познание не понимается здесь просто как определенность идеи, как логическая идея, но понимается так, как конкретный дух определяет себя к этому познанию».

(Очень интересный и непростой поворот мысли Гегеля; возможно это связано с особенностями перевода. Получилось определение, в структуре которого понятие определяется и входит как часть своего определения, – причем «часть» в виде отношения некоего субъекта к определяемому целому: «познание – это определение духа к этому познанию». Что за этим стоит – разобраться очень непросто… Видимо последующее – в цитатах про «субъективный дух» в его конкретных «ипостасях» – поясняет эту мысль.;) Но не возникает ли в связи с этим впечатление, что дух изначально есть нечто разумно-мистическое? (Возможно Гегель неожиданно, от духа в его всеобщности как выражения идеи, перескакивает на познающий дух человека…) Понимание – аспект деятельности «конкретного» духа, а дух: самоопределяется, но это определение «продвинутее» определения ‘непонятливой’ в себе логической идеи. – Итдн.)

«Субъективный дух есть:

А. Дух в себе, или непосредственный; в этом смысле он есть душа, или природный дух;

– предмет антропологии

(«В себе» – означает здесь, скорее всего, нерефлектированный. Но самодостаточный и самоопределяемый… (То есть последнее, скорее всего, так, как выражена непосредственность ребенка.)

Хотелось бы показать, в моем понимании, разницу понятий «в себе» и «для себя» на  простом примере. Ситуация «в себе» – например, начинающий или добросовестный кассир, который во что бы то ни стало стремится вернуть сдачу забывчивому клиенту. Это ситуация непосредственности.

«Для себя» — ‘продвинутый’ кассир, который «отрефлектировал» ситуацию с забываемой сдачей  и намеревающийся из-за корысти или за давностью срока присвоить её себе, т.е. опосредовавший ситуацию с забытой сдачей.

Более изощренный пример. Дух философа (познающий) – приходит к разрешению противоречий не выбором одной альтернативы с помощью рассудка, а создает, выходя на новый уровень, концепцию компромиссной спекулятивной логики. А другой «философ», в свою очередь, усмотрел в спекулятивном методе частную интерпретацию мета-физической формальной системы причинно-следственных отношений («исчисления причинности».   – Итдн.)

«В. Дух для себя, или опосредствованный, понятый еще как тождественная рефлексия в себе…»

(ХХХ. Можно принять, что «тождественная рефлексия» также есть опосредствование, а «для себя» означает опосредствованный с помощью рефлексии в себе. С другой стороны, «тождественная рефлексия в себе» есть смысловое  самоотображение («идеальность») на мета-уровне, мета-синтез нумена. – Итдн.)

«В. … и [рефлексия] по отношению к другому; дух в отношении, или обособлении; сознание

– предмет феноменологии духа».

(«Рефлексия… к другому», здесь, как можно предположить, определяет предметную (вне смыслового аспекта, вне мета-уровня идеальности) основу духа. Рефлектируя таким образом, дух фигурирующий, скорее всего, уже в ипостаси «тождественной рефлексии» обнаруживает «различие» себя своей предметной основе; в результате понимания этого «пробуждается сознание», замыкающееся как нумен, и осознаёт себя выделенным по отношению к душе и в этом проявляется «обособление». – Итдн.)

«С. Себя в себе определяющий дух как субъект для себя, — предмет психологии».

(В целом, фактически это разделение по качеству из 3-х (А-В-С) пунктов можно представить как иерархию ‘форм’ существования духа по аналогии с формами существования материи. Хотя пункт «С» непонятно чем содержательно отличается от остальных, потому что, например, «сознание» из п. «В» уже можно представить как предмет психологии. Видимо у Гегеля форма духа «субъект для себя» говорит о неразличимости (тождестве) субъекта и объекта. – Итдн.)

«В душе пробуждается сознание; сознание полагает себя как разум, который непосредственно пробудился, как себя знающий разум, освобождающий себя посредством своей деятельности до степени объективности, до сознания своего понятия».

(Деятельность ‘полагающего себя разума’ – объективность; при этом «знающий себя разум» осмысливает себя, порождая смысл и замыкаясь в очередной нумен в новом измерении (на следующем уровне) и этот смысл, закрепленный в нумене, становится его понятием – сознанием.

«…посредством своей деятельности до степени объективности», т.е. разум становится – под началом сознания – аппаратом интеллектуальной деятельности и интеллектуально определяет себя как разум. При этом, в силу автологичности структуры сознание-разум, в результате «сознания своего понятия» образуется тождество (полное согласие) понятия и объективности, понятия и существования, схематически точно также как и в случае с сверхаксиомой (см. выше). – Итдн.)

(Пояснения по терминологии: О том, как в определенных случаях надо понимать неоднозначные, запутанные моменты и отображение в представлении автореферентных, «само собой разумеющихся» смысловых конструкций у Гегеля.

В тексте у него имеются, на первый взгляд, мягко говоря, «невразумительные» выражения. Например, чуть далее (в Прибавлении): «различие… есть различие, которое не есть различие…» или в первом абзаце параграфа §424 такое: «будучи своим предметом, в то же время и не есть таковой предмет, ибо не существует никакого различия между этим предметом и им самим».

Можно, конечно, списать на адекватную в себе заумность гения и пропускать подобное как некую смысловую вырожденность, но в подобных выражениях есть нераскрытый смысл (который Гегель не смог, или не счел нужным, на мой взгляд, доходчиво выразить). Дело в том, что автореферентные (самоссылочные и самоопределяемые) логико-смысловые конструкции, которые, в частности, Гегель формулирует и постоянно приводит – считая их само собой разумеющимися, как уже говорилось выше – имеют многоуровневое строение и употребляемое в них определенное понятие на разных уровнях используется в разных контекстах и, соответственно, смыслах. И тогда некое понятие может быть несогласованным и «различным в самом себе», в то же время являясь одним и тем же, когда мы берем его как таковое. Как пример, потенциально самоссылочные выражения: «знание о своем знании» или «реклама рекламных услуг». По сути, знание или рекламные услуги, как таковые остаются самими собой (ссылаясь или нет на себя) – это один контекст. – Но в разных частях подобного выражения они имеют разный смысловой оттенок – в конце данных выражений знание и реклама подразумеваются как предметные (конкретные знания, конкретная реклама), а в первой части – как абстрагированные, обобщенные. (Когда мы манипулируем такими понятиями, указанные нюансы – контексты – нужно учитывать.)

Из этих соображений, на основе других работ, стало очевидным, что самоссылочные логико-смысловые конструкции трехаспектны, и представляют структуру из 2-х соотносимых между собой уровней. Подобное строение, как можно предположить, имеют (по Гегелю) дух, сознание, разум, «я» и т.д. – где так или иначе присутствует самодетерминация или самоссылочность. С точки зрения целого – как бы на взгляд со стороны – самоопределяемые субъекты самоссылочных определений, в абстрагированной и предметной части, тождественны, а с внутренней, предметной точки зрения, субъект имеет  различные смысловые оттенки как целое и как аспект, часть целого, поэтому здесь у Гегеля внутренние отношения между ними определяется как «различие».

Возьмем, к примеру, автореферентное выражение «мышление мыслит о себе» (можно взять и любые другие фигуранты: знание, сознание, понимание и т.д.). Здесь имеется три аспекта единства (при том, что оно самоотображаемо, самодетерминируемо): мышление, находящееся, как бы, на более высоком, чем два других в выражении, – смысловом уровне – в высокой, по отношению к ним сфере реальности, и являющееся субъектом; мышление как предмет (часть выражения «о себе»), на который направлено действие мышления-субъекта; и мышление как действие («мыслит»). Таким образом, можно представить себе и так, и сяк, что мышление в данном выражении несет в себе «различие,  которое не есть различие» (за счет самоопределяемости) и «есть свой предмет, и не есть таковой предмет». Причем, следует отметить, что аспект самоопределяемой и самоприменимой сущности, находящийся на смысловом уровне (как «идеальное»), выражает собой целое, «тотальность» по Гегелю, в котором фигурально находятся два других связанных с ним аспекта и через которые, как собственные моменты, он реализуется. Такое структурно-логическое образование, объективное, фигурирующее в сфере мета-реальности, есть нумен («понятие»). Нумены, как и ноумены, обычно считаются «подоплекой» явлений, феноменов. Ноумены и нумены образуют сферу «мышления», как сознательную у некоего субъекта, так и «досознательную» как, например, в космическом универсуме и природе. (Предлагается здесь делать различие между нуменом и ноуменом и его зафиксировать,  – первый существует независимо, как объективность, но обнаруживается для нас путем интеллектуальной деятельности мыслящего субъекта, способного абстрагироваться и вырабатывать смыслы. Последний, выявляется как и нумен, но носит гносеологический характер, вспомогательный для познания и субъективен.)

Нумен – это содержательная логико-смысловая структура конкретного автологичного образования. Автологизм есть логическая форма, представляющая, вследствие самообусловленности нумена, основу самотождественности последнего. Он так же самодостаточен и является мета-физической реальностью, обладающей самостоятельной действительностью (и определяет, предположительно, «единство опосредствования и непосредственности»). Сам по себе автологизм – это такая форма тождества, — не банального, а развитого, с моментом выше описанного различия, – в котором Гегель своеусловно (адекватно своим внутренним целям) обнаруживает и акцентирует фигуральное различие. Это различие формальное – не является различием по сути, принципиальным, а лишь абстрактным, условным, служащим для представления Гегелем противоположения и отрицательности; реальным, на мой взгляд, лишь в понимании Гегеля. (Стороны, аспекты такого кажущегося различия автологизма настолько неразрывны, взаимозависимы, что различие может быть принято только как умозрительное.)

Сознание. (§413)

«Сознание составляет ступень рефлексии, или отношения духа, его развития как явления. «Я» есть бесконечное отношение духа к себе,…»

(ХХХ. Последнее, скорее всего, означает бесконечное вхождение как то, что «я» есть осознание себя субъектом, осознающим себя субъектом, который осознает себя субъектом,… – и т.д.: «повторяющимся» непринужденно, т.е. свободно, до бесконечности; осознания себя как сознания (и сведения в тождество). «Я» есть нумен, т.е. выражение  смысловой составляющей этого восходящего отношения – так же как абстрагированная от неограниченного продления линия окружности; выражение не самого отношения, а понятия, обозначенного как «ступень рефлексии». «Бесконечное», именно «я» как понятие, у Гегеля здесь определяется тем, что порождена рефлексия на «бесконечное отношение духа к себе«; но в этом отношении, вместе с тем, за счет повторновходимости «остающегося у себя» (т.е. не преодолевающего, не переходящего свою границу чтобы стать бесконечным, как это бывает, по Гегелю, с «конечным», а «спекулятивно» замыкающим себя изнутри). Отсюда, также, и «достоверность самого себя». – Итдн.)

«…но как субъективное, как достоверность самого себя; непосредственное тождество природной души поднято до этого чисто идеального тождества ее с собой; содержание этого тождества является предметом этой для-себя-сущей рефлексии».

(Из этой цитаты вытекает определение, что «идеальное тождество» (сознания и сознающего, уже не природное) здесь, — это «для-себя-сущая рефлексия». И, таким образом, идеальное не означает уже банальное тождество; это двухконтекстная логическая структура, с предметным и мета уровнями, – автологизм.  Таким образом, «я», по уровню — это «мета», по отношению к тому, из чего оно происходит: т.е. качественно более высокий уровень абстрагирования («поднятое до идеального тождества»). Оно реальность нового уровня, по отношению к сознанию; как фиксирование и «гипостазирование» – смысла  бесконечного самоотображения рефлексии в  замкнутом ПЛС-круге, порожденного и восшедшего (в иного порядка измерение), и выработанного этому смыслу – понятия. Гипостазирование имеется ввиду  именно из-за неразрывности. – Итдн.)

«…об этом-то объекте («жизни души» – Итдн.), как для него внешнем, «я» и получает прежде всего знание и, таким образом, является сознанием. «Я» как эта абсолютная отрицательность, есть в себе тождество в инобытии; «я» есть оно само (‘само по себе’, видимо. – Итдн.) и выходит за пределы объекта как чего-то снятого в себе; оно есть и одна сторона отношения и все это отношение в целом…».

(Последнее, в цитате, разъяснялось выше на примере мета-аксиомы.

«Я» как «абсолютная отрицательность» – (назначенные Гегелем для «я» «отрицательность», как и «тождество в инобытии», с позиций самодетерминации и самообусловленности необъяснимы и одновременно непринципиальны) – подобный поворот может, единственно, быть воспринят в «морально-нравственном» аспекте, но не фактически – например, отрицательным в «инобытии» может быть, при своей профессиональной положительности, отличник учебы или отменный профессионал. Подлинная отрицательность проявляется при самоссылочности выражения «я лгу» парадокса лжеца, а также при самоссылочности в определении «порочного круга» (http://integral-community.ru/forum/viewtopic.php?p=1232#p1232) – Итдн.)

«Прибавление. «Я» должно быть понято как индивидуально определенное, в своей определенности и в своем различии только к себе самому относящееся всеобщее. В этом содержится…»

(Можно предположить, исходя из этой цитаты, что по логико-смысловой структуре «я» имеет схожее строение с изначальным вселенским словом‑логосом. Схожее в том смысле, в каком последний понимается в Евангелии от Иоанна: «…Слово было у Бога, и Слово было Бог» – тут, тоже подразумевается ниоткуда незаимствованная «своя определенность» и «свое различие». Кстати говоря, это слово-логос по структуре есть также нумен, но уже сверхвысокой степени абстракции мета-реальность – «я», ещё в своем первозданном «преднадиндивидуальном» виде.  — Итдн.)

«В этом содержится уже, что «я» есть непосредственно‑отрицательное отношение к самому себе, – следовательно, непосредственная противоположность его всеобщности, абстрагированной от всякой определенности, и в такой же мере абстрактная, простая единичность

(Индивидуально определенное и всеобщее неопределённое в единстве, видимо, у Гегеля рассматривается как «отрицательное отношение». («Расклад» получается какой-то неожиданный. Не хочется думать, что «я» выступает тут, как определяемое по принципу «я добрый, но вредный».J) На основе понятия трехаспектности и двухуровневости автологичного образования, «простая единичность» есть консолидирующий аспект, субъект нумена, а определение «всеобщее» свидетельствует о его над-уровневости, отвлеченной мета-реальности, по отношению к «самому себе», которое является ниже лежащим предметным аспектом триады (инобытием?); отношение же между этими двумя, выражающее неразрывную связь между субъектом и предметом – третий аспект, аспект «действия» (который выражает «отрицание»). Поэтому, скорее всего, между первыми двумя аспектами, Гегель делает различие и проводит «грань» «противоположности», наделяя это отношение свойством «отрицательности». – Итдн.)

«…в силу своей всеобщей и тем самым  от себя самой различенной единичности, «я» само есть это различение себя от самого себя; ибо, как сама к себе относящаяся, его исключающая единичность, она исключает себя из себя самой, то есть из единичности, и благодаря этому полагает себя как некоторую с ней непосредственно сомкнутую противоположность себя самой, как всеобщность».

(С одной стороны, это объяснение подтверждает мою реплику про «вредность». С другой, здесь, на мой взгляд, в изобретении подобной комбинации («исключает из себя» и полагает тут же как «сомкнутую противоположность… как всеобщность») пошли чисто домыслы. Это произошло, как я полагаю, от недостатка на то время выразительных понятийных средств – поскольку выделенное выражение: «Я» само есть это различение себя от самого себя», хотя говорит о разноконтекстном представлении «я», произвольно, так как различение необоснованно выдается за существенную характеристику, в противовес реальности – самого себя консолидирующего «я». И поэтому не может быть у «я» достоверного «непосредственно отрицательного отношения к себе». А у Гегеля выходит, что «я», как самость – это не смысл самоопределения и самоидентификации, а смысл различения, его выражение. (Тогда бы пришлось считать совершенно нормальным депрессивное состояние любого человека, который обладает сложившимся «я», личностью.) В связи с этим, имея ввиду гегелевскую концепцию противоречивости, можно дать представление механизма развития без отрицательности. В нуменальной мета-фзической сфере  с автологичными образованиями (как в универсуме, так и в сознании) возникновение сложности и иерархии структур происходит в целом за счет эмерджентных переходов (в частности, за счет догадки, инсайда в сознании); т.е. путем мета-синтеза нуменов и смыслов на основе замыкания самоотображения – в результате которых формируются элементы следующего, более высокого структурного уровня и таким образом осуществляется развитие. Причем, в сознании, обладающем разумом, может происходить объединение, взаимозависимость, взаимоналожение, взаимопроникновение – без «субординации» – смыслов  и понятий разных структурных уровней и степени абстракции.  – Итдн.)

«Но существенное для «я» определение абстрактно-всеобщей единичности составляет его бытие …»

(У меня, в данном контексте, определенные трудности истолкования гегелевского понятия «бытие».

Видимо, тут имеется ввиду, что в силу «надпредметности» и автологичности – субъект автологизма, как объяснялось, является своим собственным объектом, и отношения между ними образуют замкнутую циклическую (рекурсивную логическую) связь. Если, например, «понимание – это понимание того, что заключает в себе данное высказывание» (как бы ни о чем, но понятно), то по аналогии, «»я» – это я, разумеющийся в моем «я»» (понимая при этом, что нужно для выяснения сущности «моего «я» рекурсивно входить в данное определение сначала). Повторное вхождение может потребоваться неоднократно, поскольку логическая связь типа «умозаключение» здесь не имеет места. Только осуществив эмерджентный переход, т.е. выработав догадку, удается понять, с обретением того смысла, что это выведенное индивидуальное «я» для меня всеохватывающая, в высоком формальном смысле, идеальная сущность. С другой стороны – так как определение «я» беспредикатно (без определяющих слов-предикатов), то, следовательно, абстрактно-всеобще. – Итдн.)

«Я и мое бытие неразрывно связаны между собой; различие моего бытия от меня есть различие, которое не есть различие. Правда,…»

(Если  поверить написанному, положившись на Гегеля, и расшифровывать загадочность подобной «банальности» про различие, то, наверное, бывает такая форма различия. Если по-существу, то можно предположить, что по смысловому содержанию – это 2 уровня, 2 контекста – «бытие», есть предметность, а я – реализующийся за счет этой предметной сферы – мета-объект, идеальность в результате саморефлексии. С другой стороны, чуть выше утверждалось, что «я», по Гегелю, есть аспект «различения себя от самого себя». Следовательно, различие в «я», на верхнем уровне как «абстрактного определения», – представимо, а я и мое бытие – неразличимы. Так, видимо, и следует определиться. Следует ли из этого, что для моего конкретного я справедливы заключения, выведенные для  «всеобщего «я»»?  – Итдн.)

«Правда, с одной стороны, бытие как нечто абсолютно непосредственное, неопределенное, неразличенное должно быть отличаемо от мышления, отличающего себя от самого себя, и через снятие этого различия себя с самим собой опосредствующего мышления, — от «я«; тем не менее, с другой стороны, бытие тождественно с мышлением, ибо это последнее от всякого опосредствования возвращается к непосредственности, от всего своего саморазличия – к ничем не омраченному единству с самим собой. Поэтому «я»…»

(Это «себя с самим собой опосредствующего», не удается понять…

Чтобы, в целом по цитате, не возникало абсурда, нужно чтобы, с одной стороны, различие бытия от мышления понималось в одном контексте, с другой – тождественность понималась в ином контексте. На более высоком уровне нуменальной реальности они не отличаемы, а на предметном (уровне «бытия» – предшествующем по отношению к этому высокому мета-уровню, т.е. по различию во внутренней структуре) – различны. На мой взгляд, они различны, поскольку бытие-вообще, как оно представлено здесь у Гегеля (как навешиваемый ярлык) – бесструктурно. Но, более того, эти его замечания предметны только с точки зрения формальных рассуждений, а содержательно «я» и мышление в себе богаче, изощренней бытия, поскольку являются результатом определенного становления, «интеллектуализации» (содержат неявный момент рекурсивной самоинтерпретации и «самоописания»), какового в определении бытия не подразумевается. «Мышление», как и «я», даже в своей возвращенной непосредственности (со снятым саморазличением) несомненно, всё же глубокомысленней бытия. – Итдн.)

«Поэтому «я» есть бытие или содержит последнее как момент в самом себе. Поскольку…»

(По-моему это некорректно: по чисто внешнему сходству бытия и мышления делается серьезное заключение. Бытием последнее является не из-за формального тождества, а потому, что как нумен самообусловлено и самопроизводно… Но тут – обратите внимание – Гегель, неоправданно, переходит от квалификации бытия-вообще, сравниваемого с я/мышлением, к квалификации бытия как «своего другого» у «я» (см. цитату ниже). – Итдн.)

«Поскольку это бытие я полагаю, как нечто другое по отношению ко мне, и в то же время тождественное со мной, постольку я есть знание и обладаю абсолютной достоверностью моего бытия».

(Я – есть бытие уже потому, что априори должен быть тот или иной субъект, в котором зародилась и «полагается» эта мысль. А тождественное со мной, потому что этот субъект самоидентифицировался через «я» в нумене.

Не совсем, правда, понятно почему, исходя из процитированного, «я» – знание? Видимо потому, что связывает и разумеет два отношения: отличия и тождественности – и, как «сторона» отличия в этой предметности, знает о тождественности с «другим».

Достоверность для собственно «я», на мой взгляд, уже заключается в феномене объектности порождаемой и воспроизводимой самодетерминации  и, непременно с этим, логической замкнутости структуры «я» (автологичности).  – Итдн.)

«Эта достоверность… ее следует понимать как природу самого «я»; ибо это последнее не может существовать, не различая себя от самого себя, и в этом, от него отличенном, не оставаясь в то же время у самого себя, — а это и означает как раз, – что оно не может существовать, не имея знания о себе, не обладая достоверностью самого себя и не будучи таковой».

(Здесь, помимо всего, сложно построенное предложение; интерпретировать фрагмент, скорее всего, нужно так: «не может существовать, (а) не различая… (б) не оставаясь…», т.е. «должен существовать: различая и, одновременно, оставаясь у самого себя, находясь в «отличенном» от себя». Это может (в очередной раз повторюсь) свидетельствовать только о том, что «я» – это нумен и должен представлять автологичную (в этом заключена его природная тождественность с собой) структуру.  Вместе с тем, «я» здесь, как нуменальная структура, само по себе одновременно: 1) достоверность и 2) обладание-удостоверивание 3) достоверностью («субъект», отношение‑действие и предмет), т.е. само-достоверность. Вместе с тем, Гегель, на мой взгляд, представил природу «я» как достоверность, очень сложно. Поскольку «я» – это  самоопределяемый нумен сознания, т.е. по природе своей знание (сознание – знание о себе как интеллекте и духе), постольку «знание о себе» есть сущность я. Следовательно, сущностью «я» является логико-смысловое образование, мета-реальность, как форма идеальности. Интерпретируя по другому, можно выразить так:  «Я» – это знание я о достоверности «я». – Итдн.)

«…достоверное само для себя «я» сначала есть еще совсем простое субъективное, совершенно абстрактное свободное, совершенно неопределенная идеальность, или отрицательность всякой ограниченности».

(«Достоверное само для себя «я»« и «совершенно неопределенная идеальность«. Как уже было сказано, это проявляется, например, когда за дверью, вам для опознания, отвечают «это я» (субъективно предельно точно, для самого «я» достоверно, но абсолютно неинформативно). – Итдн.)

«Поэтому «я», отталкивая себя от самого себя, первоначально становится только формально, а не действительно от себя отличным. Но, как показано в логике, в-себе-сущее различие также должно быть положено, развито до действительного различия».

(Подобное утверждение (по поводу «отталкивания».) сомнительно… Какие показательные факторы или условия для этого имеются?  И что может означать «…сущее различие», как его понять? Различие самоопределяемо? Оно скорее аспект или форма отношения, чем вещь или самодостаточный предмет, ведь «сущее» — это из разряда нуменальных, самоопределяемых образований – а тут по-сути только форма без содержания. (Тогда, может быть, допустимы такие сущие, как  в-себе-сущая алогичность, или, например, в-себе-сущая деструктивность?) Но, допустим, удалось понять. Тогда неожиданно возникает вопрос: чем вызвана потребность развивать это различие?! Возможно, положение «быть… развито до действительного различия» для того, чтобы показать, что, несмотря на отрицательность: «я», обретя, растолкавшись и «не находя себе места», действительное различие — не распадается. – Итдн.)

Про различие и отрицательность:

«Это развитие по отношению к «я» происходит таким образом, что «я» не впадая обратно в сферу антропологического, в бессознательное единство духовного и природного, но оставаясь достоверным в себе и удерживая себя в своей свободе, заставляет свое другое развиваться до тотальности, равной тотальности «я», и именно вследствие этого из принадлежащего душе телесного превращаться в нечто ей (тотальности я – Итдн.) самостоятельно противостоящее, в некоторый предмет в подлинном смысле этого слова».

(Свободный, «достоверный в себе» – воспаривший в иную реальность и устойчиво самоопределяется как нумен; достоверный – через эту самоопределяемость. Из цитаты следует: «свое другое» (которое определено как «свое непосредственное») развивается в «предмет», который противостоит «тотальности я» – тотальность у Гегеля следует понимать не «в мировом масштабе», а как «всецелостность», – развивается до полной самодостаточности. Но предмет, в данном случае, не может стать (противостоящей) тотальностью, поскольку он аспект нумена в единстве с «я» и развивается по инициативе «я». – Итдн.)

«…действительное различие, определенное содержание лежит за пределами «я», принадлежит единственно только предметам. Но так как «я» в себе уже содержит различие в самом себе или, другими словами, так как оно в себе  есть единство себя и своего другого, то оно с необходимостью отнесено к существующему в предмете различию, и из этого своего другого непосредственно рефлектирует в себя

(Конечно, сильное  положение Гегеля (но и непонятное), особенно в последней части, поскольку тут, на мой взгляд, двусмысленность: не понятно, то ли оно отнесено к различию как отношению; то ли оно отнесено к различию, как к предметности. Скорее всего, различие, это не отношение, а сторона различия, предметность, противопоставленная содержащемуся в «я» самому себе.  Но что тут для меня ясно: «я» двусмысленно фигурирует в двух контекстах – «оно в себе» как целое, и это целое есть двухчастное единство: себя целого и своего другого. Это не бессмыслица, как уже разъяснялось раньше. – Итдн.)

«»Я» возвышается, таким образом, над тем, что действительно от него отлично, в этом своем другом оказывается при себе и при любом созерцании сохраняет достоверность самого себя. Только поскольку я оказываюсь способным постигать себя как «я», другое становится для меня предметным, противопоставляется мне и в то же время идеально полагается мной, снова приводится, следовательно, к единству со мной.»

(ХХХ «Другое становится для меня предметным», поскольку «постигаю себя» тоже как предмет; «…себя как «я»» – как субъектную («»я» возвышается…») часть нумена, т.е. как свою смысловую «ипостась». «Становится… предметным» – «свое другое» для субъектной ипостаси опознается как предметный аспект нумена (объект). «Приводится к…«, скорее всего, поскольку используется выражение «идеально полагается», соответствует отображению в моем сознании (уровни нумена – смысловой и предметный – взаимопроникают, замыкаясь друг на друга). Ну а коль скоро в сознании, то  идеальное и объединяется с учётом самоидентификации. – Итдн.)

«Из этой всеобщей внеположности природы «я» уже в достаточной мере выясняется, что это «я» – поскольку оно вступает в борьбу с внешними предметами – есть нечто высшее, чем находящаяся в детском, так сказать, единстве с миром бессильная природная душа…»

(Представление о «внеположности природы «я»» — из-за того, что оно является субъектом, идеальностью нумена на смысловом уровне его логико-смысловой структуры, в новом измерении нуменальной реальности (духовной сферы), где оно выше природного духа (сознания), принципиально самостоятельно и взаимодействует с внешними предметами  осознанно. На мой взгляд, очень сильное глубокомысленное заключение.  – Итдн.)

Пример формализации спекулятивной логики

Как видно, разбору подверглась лишь незначительная часть текста (всего лишь 4 параграфа), но на этом можно остановиться – соответствие между двумя подходами обозначилось достаточно очевидно. Дальнейшая интерпретация представляется малопродуктивной: как разгадывание нескончаемой однообразной головоломки, после которой к уже известному мало что добавляется. И хотя стало очевидным, что необходимость введения Гегелем  понятия отрицания как сущего, как характеристики отрицательности моментов, носит сомнительный и искусственный характер, можно предпринять попытку представления концепции со спекулятивной логикой на формализованном языке с использованием символической записи. Начальный этап можно рассмотреть на примере развертывания в содержательную структуру критикуемого Гегелем закона тождества, принятого в формальной логике.

Гегель выступал против абстрактного, формального тождества, против такого, которое не содержит различия. Но как выясняется, момент различия может содержать только продвинутая, содержательная «спекулятивная» форма тождества — автологизм, проявляющий само себя поддерживающую тождественность. Как это понимается, показано ниже. Структура непосредственной тождественности в себе (как А≡А) в формальной логике может быть преобразована, с использованием развернутой, «нестатичной», формулы тождества, допустимой в той же формальной логике, как самообусловленность: (А → А) & (А → А). Но эта формула всё еще отражает некое безликое, вырожденное тождество. Однако, правомерно допустить, что в реальности «А» не просто логический элемент, наименование или термин. С точки зрения мета-физики оно имеет некое предметное содержимое. Тогда для обозначения самообусловленности и тождественности себя самого с самим собой, имеющей не формальный и не бездеятельный  характер, используем «(А)» как обозначение содержания А, содержания, поддерживающего и реализующего своим действием тождественность:

((А) → А) & (А → (А)),                                            (1)

где,                 А         — образование, типа «объект», предмет или сущность,

→         — знак импликации, означает обусловливание «если…, то…»,

&         — логическое «И»,

(А)      – ‘содержимое А’.

Смысл формулы (1), как самоподдерживаемой тождественности, в том, что деятельное содержание А влечет осуществление А как целого, в результате обладающего консолидирующим свойством, а предмет или сущность, обозначенный через «А», в свою очередь, влечет (точнее, обусловливает) поддержание  необходимого для себя содержания (А). Подобная формула (1) описывает, также, содержание циклической детерминации (ЦД). Обозначим  тождество (1) как АЦД. Здесь следует отметить, что с точки зрения логики самоссылочности и самообусловленности содержимое (А) эквивалентно той формуле, той структуре, которая определяет самотождественность А, т.е часть отношения «содержит» отношение в целом –  (А) = АЦД .

Однако, из того, что часть отношения представляет собой отношение в целом, следует, что согласно предложенной концепции самодетерминации, при ЦД происходит нуменогенез и порождается семантический «объект».

(((А) → А) & (А → (А)))^ → <А>,                            (2)

или  (АЦД)  → <А>

где,                  ^         — эмерджентный переход в новый уровень мета-сферы,

<А>    — нуменальный ‘объект’ («смысл»).

<А> как мета-физическая идеальная реальность возникает в новом измерении, на новом мета-уровне,  как самоопределяемый внутренним образом смысл – нумен – и связывается отношением взаимообусловленности со структурой (1), его обусловившей. Эта взаимообусловленность реализуется, в свою очередь, также в форме ЦД, и <А>, как самотождественность, является субъектом (в субъект-объектном отношении с предметным аспектом нумена),  объединяющим самовоспроизводящуюся структуру АЦД. Эта многоуровневая структура отношений является логико-смысловым образованием и определяется как автологизм. (Автологизм, можно сказать, является исходной формой, а  формы тождественностм и тавтологичности – это его утратившие многомерность и многоаспектность упрощения.) В то же время <А>, как самоопределяемый, самообусловленный смысл – в соответствии уже со своим уровнем (категорией) абстракции – содержит самоотображение и самоссылочность и является рефлексией в себя. Авторефлексию (самотождественность) можно выразить следующей нестатичной формулой:

(A) ≔ ((А) → <А>),                          (3)

Это рекурсивная формула и  имеет следующий смысл. Поскольку А, в соответствии с операцией, в данном случае, не равенства как в математике, а присваивания содержания логической структуры нуменальному объекту А, получает значение правой части этого выражения для воспроизводства, то в последующем осуществляется «замещение» А, расположенного в скобках в правой части, его обретенным при присваивании содержимым.

(A) ≔ (((…((А) → <А>)…) → <А>) → <А>)

Тогда А, как сущность, определяется через, гипостазированную в нумене как понятии, рекурсию

А ≡ R((A) ≔ ((А) → <А>)),                         (4)

Порождается своего рода «смысл», реализуемый бесконечным вложением, при «видимости» тождества целого и части. В то же самое время (4) можно представить себе как обобщение, как метаформулу всякой сущности или понятия. Между субъектом <А> и его ссылкой на себя в предметной части выражения (3), а именно «(А)«, есть видимость разницы, но по смыслу и по сути «ссылка», в раскрытом виде, выражает то, чем является А, то есть в этом контексте фигурирует полная тождественность (при различии по формальному признаку). При этом совершенно очевидно, что никакого намека на отрицательность здесь не имеется (и Гегель, на мой взгляд, вводит её искусственно; возможно как дань древним мыслителям).

В терминологии Гегеля вышесказанное про нумен и многоаспектность автологизма может означать, что А опосредствованно входит в самое себя, а в связи с наличием двух указанных контекстов находится как в отношении непосредственности, так и опосредованности с собой. С другой стороны, «набравшись воображения», можно заявлять, что А являясь, по словам Гегеля, «своим предметом, в то же время и не есть таковой предмет, ибо не существует никакого различия между этим предметом и им самим» (ЭФН, §424. Гегель в данном случае под предметом имел в виду «я».) Интересно, что в этой, судя по его словам, сугубо однозначной  ситуации, Гегель различие каким-то образом, все же, усмотрел… Возможно, само это безусловное отрицание различия и есть настоящее отрицание.

*    *   *

«Существующее в сознании неравенство между «я» и субстанцией, которая есть его предмет, составляет их различие, негативное вообще. Его можно считать недостатком и того и другого, но оно есть их душа, т. е. то, что приводит их в движение». (Гегель. Феноменология Духа. Памятники философской мысли. – 2000, с.25)

Непонятно из чего эта «отрицательность» возникает. В этом смысле у отрицательности, отрицания как формальных умозрений нет истинности, ибо эта абстракция не есть истинное, как принятое (у самого же Гегеля) «единство понятия и реальности». В действительности, с точки зрения концепции нуменальной мета-физической реальности и многоуровневого последовательного нуменогенеза,  представление об отрицательности, как движущем потенциале развития, совершенно излишне.

Вот ещё из той же работы Гегеля:

«Так как дух развивается и раскрывает свои моменты в этой стихии (сознании. — Итдн), то им свойственна эта противоположность…». (Там же, с.24)

То, что дух «развивается и раскрывает свои моменты», — это верно. (И в определенном смысле имеется, также, противоположность – однако чисто абстрактная, формальная.) Однако, источник этого развития и раскрытия не в надуманной отрицательности, а в том, что в сознании (как и в любом универсуме, если говорить в общем), положительным образом формируется нуменальная сфера, – или, другими словами, развивается и наращивается смысловое содержание (что подтверждается, например, исследованиями психолога А.Агафонова), – путем восходящего порождения новых смыслов в процессе познания.

Заключение.

Гегель единственный из философов, который свободно использовал самообусловленные и самоссылочные логико-смысловые конструкции и определения. В этом его, как величайшего мыслителя, неоценимая, на мой взгляд, заслуга – не меньшая, чем разработанный им диалектический метод. Но к сожалению, начала возможного перспективного подхода к логике – не диалектики, а, я бы сказал, автологицизма («автолектики») – обнаруживаемые в фактически основных его определениях и формулах, лишь обозначены, но не разрабатывались. Но, с другой стороны, отказаться от такого представления и такой методологии для него было бы, на мой взгляд, невозможно – без введения Гегелем отношений самообусловленности в предлагаемые им определения (особенно в формулировки истинности, абсолютной идеи, духа и мышления) ему было бы непросто представить концепцию противоположений и отрицательности (особенно «отрицания отрицания»).

Однако, так как он не пришел к необходимости разделять уровни самоопределяемых логических определений и конструкций, не выявил и не сводил их к схеме, к логической форме, такой как автологизм, ему приходилось создавать весьма сложные и неоднозначные, адекватные только в его понимании, трудноудостоверяемые логические построения.


[1] Комментарии представлены как возможная интерпретации на основе теории самоорганизации нуменальной реальности (самоорганизаации идеального).

[2] Символ «ХХХ» означает, что комментируемая конструкция содержит или образована по принципу замкнутого круга.


Рубрика: Метатеоретическая физика | Комментировать

Аксиоматика причинности

Аксиоматика пост_мета-физики на Принципе причинности


Здесь под мета-физикой, в отличие от предшествующей метафизики,  понимается метатеоретическое знание, соответствующее физической реальности.

Существует принцип причинно-логического следования или связи (ПЛС).
Определения.

Причина (посылка) – есть фактор вещественной (или теоретической, т.е. гносеологической) природы;
Следствие (заключение) – есть действие или эффект вещественного (и вывод или заключение теоретического) характера;
Причинно-логическое следование (ПЛС) – фактическая связь, рассматриваемая в общем, когда актуализованная, наличная причина (посылка) неизбежно порождает, вызывает следствие (заключение). Такое следование является неотвратимым – самореализующимся; (в частном случае только логического следования – квазинеотвратимым);
Звено ПЛС – это такой вид, форма ПЛС, когда с наступлением следствия создаются условия для порождения следующей (или возобновления какой-либо предшествовавшей) причины.
Замкнутый причинный и причинно-логический круг (ПЛС-круг) – Вид связи ПЛС звеньев, где их последовательность образует комплементарную (т.е. взаимосогласованную между всеми звеньями) замкнутую цепочку.

Аксиомы.

Аксиома замкнутого круга (циклической детерминации). Структура ПЛС-связей, когда ПЛС-звенья образуют замкнутую комплементарную цепь (ПЛС-круг), устойчива и неразрушима, при сохранении или поддержании условий своего возникновения.

Замкнутые круги могут быть также некомплементарными, тогда они антиустойчивы, саморазрушаются.

Следствие1. Замкнутый круг ПЛС самовоспроизводится согласно определению ПЛС
Следствие 2. Если теоретически при анализе выявляется предполагаемая цепочка комплементарных ПЛС-звеньев, то, при наличии соответствующих потенций в субстрате (или в предметной реальности), она может замкнуться в круг фактически. Круги замыкаются фактически при реализации потенций.
Следствие 3. Некое звено ПЛС может быть замкнутым само на себя, самокомплементарным,(самовоспроизводящимся) и образовать ПЛС-круг с единственным звеном. Обычно такой круг фигурирует на следующем, более высоком, уровне абстракции.

Абстракция-догадка-1 («взгляд сверху»).

Из аксиомы замкнутого круга вытекает представление о логической структуре (структуре отношений).

    • - Логическая структура – это закономерный порядок связей и отношений, описывающих, т.е. фиксирующих представление о замкнутом круге как однообразно и устойчиво воспроизводимом образовании. Логическая структура реализуется определённым образом, включающим принцип формирования структур из связей и отношений. Элементом логической структуры является отдельное ПЛС-отношение (звено ПЛС).

Частным случаем логической структуры может быть некая частичная (выделенная) последовательность или комбинация (конструкция) ПЛС-звеньев (ПЛС-отношений).

Логическая структура следующего уровня, теоретическая, включающая определения, утверждения, теоремы, принцип и правила образования последовательности ПЛС-отношений и следствия из этих условий, является логической системой.

Абстракция-догадка-2.

Данная аксиоматика как логическая система сама является логической структурой. На этом основании в её организацию можно вводить или образовывать новые структуры отношений: в частности, в ней самой и по отношению к ней, и с учетом следствия_2, может быть применён принцип образования (формирования) ПЛС-кругов в её логико-смысловом описании. Т.е. по принципу (из следствия_3) авторефлексии (отображения на себя) и самоприменимости – через получаемые логические следствия, производя воздействия на себя как на свой собственный предмет логического манипулирования. А также обоснование сделанных ранее аксиоматических утверждений, постулатов и допущений, модификация и дополнение аксиоматики апостериори (задним числом).

Следствие4. Выводимые в аксиоматике положения, следствия и заключения применимы к ней самой.

Определения.

    • - Логика – характер, порядок и принципы (правила) формирования и реализации логических структур.- Логическая связь (следование) – применение принципа ПЛС к элементам и отношениям логических структур и в логических структурах, как предмете исследования и изучения. Следовательно, то, что применялось понятие «логическое следование» с самого начала в системе аксиоматики причинности как логической структуре, правомерно, утверждается данным определением и следствием из абстракции_догадки-2

Возможность объединения отношения причинно-следственной связи и отношения логического следования в один тип, такой как ПЛС-отношение, определяется идентичным характером логической структуры как их звеньев, так и образуемой ими циклической детерминации (замкнутых кругов).

Самообусловленность ПЛС-круга.

ТеоремаЗамкнутый круг самообусловлен, является своим собственным предметом.

Имеем 2 основания (посылки): а) абстракция-догадка-2 и б) определение «логическая связь».

Рассмотрим, сформулированные на уровне более высокой степени абстракции, два комплементарных между собой ПЛС-звена:

«Замкнутость цепочки любых ПЛС-звеньев приводит к воспроизводству круга…» (обозначим данное суждение как звено А), в свою очередь, «воспроизводство круга вследствие связи звеньев приводит к его замкнутости» (звено Б). Эти два звена: А и Б, сами образуют ПЛС-круг следующего порядка абстракции (мета_ПЛС-круг). Он содержит в себе, как момент, свое собственное «описание» (модель) в виде отображения, в звене А, соответствующего определению замкнутого круга: «замкнутость цепочки… ПЛС-звеньев». (Т.е. «часть» ссылается и идентифицирует свое собственное целое.) Но мета_ПЛС-круг по логической структуре является идентичным кругу, образующим его «описание». Следовательно, мета-физически ПЛС-круг как таковой – как логическая структура – является самообусловленным и предметом самоопределения и воспроизводства (самоприменимым).

Данная теорема позволяет ввести понятие двухуровневой логической структуры, схемы, которая служит основой самоопределяемых самодостаточных процессов и системных объектов (типа «целое»). Двухуровневость логической структуры следует из тела доказательства, в котором представлены два разноуровневых ПЛС-круга: предметного и мета- уровней, которые находятся в логико-смысловой взаимосвязи (сопряжены, комплементарны), но не сводимы однозначно в «одноуровневую» логическую структуру (типа формы логического преобразования или уравнения) как тождественные, из-за разных уровней абстрактности контекстов. Все конкретные частные образования на основе такой самоопределяемой двухуровневой структуры предлагается назвать нуменом. (см., также,Следствие_6.)

Нумен – самообусловленная и самоприменимая непосредственная ПЛС-конструкция с самоописанием, консолидируемая мета_ПЛС-кругом (как системообразующим), реализующаяся не умозрительно, а объективно, в глубинной своей сущности, за счет реальных потенций в физической (материальной) и иной предметной действительности.
Предметная действительность – сфера реальности, где возможно самопроизвольное образование ПЛС-круга, т.е. где возможно образование самоопределяемых логических структур.
(В соответствии с теоремой самообусловленности нумену присуща «саморефлексия» – своего рода «транстеоретическая» идея нумена: целое консолидирует в единство части, а взаимодействующие части воссоздают нумен целого.)

Следствие 5. Всякое образование, по логической структуре соответствующее ПЛС-кругу, является самообусловленным и самоприменимым. А каждое такое образование, которое возникло естественным образом, – без целенаправленного воздействия из вне, – самоподдерживаемым и самовоспроизводимым.
Следствие 6. Всякое самообусловленное и самоопределяемое образование в основе своей самодостаточности имеет 2-х уровневую логическую структуру. Данную структуру, как логико-смысловую основу нумена, предлагается назвать автологизмом (самообусловленной и самопроизводной логической структурой):

1-й уровень (исходный) обеспечивает логику воспроизводства фактической (предметной) основы нумена. 2-й уровень – логико-смысловой консолидации (мета-теоретический, абстрактный), который порождается и воспроизводится как отображение самовоспроизводства логической структуры предметного уровня. Вместе они обеспечивают самореализацию и объективацию нумена.

Автологизм имеет определенное родство с тавтологией, но многоконтекстен, так как обусловлен наличием и взаимодействием в нем 2-х уровней.
Разницу между автологизмом и тавтологией можно продемонстрировать на примере двух условных определений аксиомы, подразумевающих её истинность. Определение в форме тавтологии.

Аксиома это аксиома;

Определение в форме автологизма:

Аксиома: все аксиомы, как несомненные утверждения, истинны.


Последнее определение, хотя похоже на тавтологию, но вместе с тем, является автологизмом, так как в определении имеется ПЛС-круг, так как понятие «все аксиомы» включает и эту общую аксиому; таким образом, понятие аксиомы через выход на мета-уровень, «удостоверяет» самого себя, т.е. образует в более абстрактной (семантической) сфере  «надпредметный», непересекающийся с первым, ПЛС-круг.
Во втором определении эта аксиома, входит в класс «все аксиомы» и, исходя из предположения, что аксиомы как таковые истинны, становится безусловной в относительной сфере автологичных образований, образуемой этим определением.

Вот ещё пример автологизма.

Рекурсия, см. непосредственно: «Рекурсия».

– воспринимая указание следовать ссылке, мы возвращаемся к определению в целом; в нем мы обнаруживаем ссылку, неизбежно вызывающую повторный процесс. В результате повторения и последующего абстрагирования возникает – не являясь прямым следствием – догадка, что понятием рекурсии является повторение с самовызовом. По форме, как данное, так и любое понятие, таким образом, есть автологизм: само оно фигурирует на мета-уровне, а ПЛС-круг, вызывающий его к жизни, – на предметном.

Замкнутый ПЛС-круг непосредственно в физической среде порождает процесс, проявляющийся как циклическое движение. Примером является вихрь.
Вихрь в мета-физическом смысле есть некая структура отношений (физических связей и причинно-следственных зависимостей), превращающаяся сама в себя.

Предположительно, вселенский Универсум – самообусловленное и самодетерминирующееся в своем процессе самоорганизации и развитии образование.
В перспективе предполагается  рассмотреть как в Универсуме, за счет последовательного приспособления к собственным потенциям, с переходом с уровня на уровень, образуется сфера его «самоотображения», сфера мета-физической реальности (мета-сфера нуменальных ПЛС образований и связных структур нуменов) и в связи с этим происходит восходящая самоорганизация.


Рубрика: Метатеоретическая физика | 2 Комментария